Юлия Федотова – Тайны дубовой аллеи (страница 108)

– На то они и невидимки, чтобы их никто не видел, – рассудительно заметила Агата. Но против компании возражать не стала. Вид у нее был рассеянным, если не сказать легкомысленным, похоже, предстоящая встреча не вызывала у нее больших опасений, может быть, она уже о чем-то догадывалась.

В обиталище мистера Ламберта пришлось снова входить без приглашения – хозяин спал под столом.

– Ну и ну! – всплеснула руками ведьма. – На кого стал похож бедный Сэмюел! Заметьте, без всякого проклятия, исключительно по велению собственной души. Очень слабый, ненадежный человек. Неудивительно, что нашлись желающие этим воспользоваться. Вот он, невидимка ваш! – Она сделала легкое движение, будто протерла ладонью запотевшее стекло.

И оно возникло. Голое, вроде бы человеческое тело, но на козлиных ногах. Бледная кожа покрыта частыми и длинными бурыми волосками, недостаточно густыми, чтобы считаться шерстью. Морда страшная, с длинным носом и отвисшей нижней губой. Из спутанных волос торчат короткие рога, один просто тупой, другой обломан на конце.

Существо безмятежно спало на стуле, уронив подбородок на грудь.

– Видите? Так я и думала! – объявила ведьма. – Это одно из тех нелепых созданий, что когда-то притащились на острова вслед за палатинскими легионерами и прижились в наших лесах. Друиды их гоняют от жилья, да разве за всеми уследишь. Пьяные для них как магнит. Боюсь, бедный Ламберт в такой компании долго не протянет…

– Значит, убийства совершал не этот… сатир? – вспомнилось из древней истории.

– Уверена, что не он. Человеческая кровь этим существам даром не нужна, и на прямое убийство они вообще не способны, оно противно их природе.

– Жаль, – разочарованно вздохнул Веттели, его теория рухнула окончательно. – Такая была удобная кандидатура, невидимая… Да, а почему Ламберт может его видеть, а мы – нет?

– Напейтесь хорошенько – сможете и вы, – рассмеялась Агата.

– Учту, – обещал Веттели.

– Я тебе учту! – шутливо пригрозила Эмили тоном почтенной матроны, давно отпраздновавшей серебряную свадьбу. И забеспокоилась: – А что же с ним делать теперь? Жаль человека, пропадет.

Агата поморщилась, заниматься изгнанием пьяных козлоногих тварей ей явно не хотелось, просто было лень.

– Завтра скажу друиду. Это уже его забота, – ответила она.

Ночью Веттели приснился сон, тревожный и неприятный. Похожий на хищного богомола химик Фредерикс огромными скачками, почему-то на четвереньках, мчался через заснеженное поле, налетал на полковника Гримслоу, одетого в домашний халат с орнаментом «насандрийский огурец», одним махом сворачивал ему шею и исчезал, рассыпавшись красной пылью, на манер такхеметского боевого джинна.

«Это подсознание, – сказал себе Веттели, проморгавшись. – Есть такая модная континентальная штука. Подсознание – оно врать не будет. Помнится, у Фредерикса в те дни была подбита физиономия, все над ним еще подшучивали. У дантиста якобы рука сорвалась… У дантиста ли? Или это несчастный полковник отбивался как мог?»

Вторым омнибусом (хотел первым, но все-таки проспал) Веттели рванул в Эльчестер, по дороге ругая себя болваном. Причины было две. Во-первых, почему было не позвать с собой Эмили, не совместить полезное с приятным? Во-вторых, будь он человеком умным – выяснил бы сперва, к какому именно дантисту ходит мистер Фредерикс.

Увы, подсознание обмануло. Третий по счету дантист, к счастью, их было в Эльчестере немного, охотно подтвердил и то, что профессор является его постоянным пациентом, и то, что рука у него в тот раз действительно сорвалась – слишком крепко сидел корень второго нижнего моляра. Вернулся Веттели в Гринторп ни с чем.

Наступил вечер выходного дня, проведенного, как говорят гадалки, в пустых хлопотах.

В девять часов Веттели бессильно упал на кровать и отдал себе отчет в том, что преступник так и не выявлен и, значит, завтра неминуемо произойдет новое преступление.

В десять часов он поднялся с кровати и заглянул к Агате Брэннстоун, какое-то время они очень тихо совещались. Потом к ним присоединились Гвиневра и мистер Коулман – ведьма умела их призывать.

– А почему бы и нет? – сказала фея. – Это будет даже забавно!