София Куликова – НЕПРОЩЕНИЕ. Анатомия одной частной семейной драмы (страница 13)

И отцу своему не нужен…

Вот и выходит, что у него на этом свете никого, кроме нас с Ромашкой и Бориской нет. Совсем никого! Такие вот дела…

То-то он раньше любил повторять:

– Да кому я нужен?

От этой своей заброшенности, никомуненужности он страдал ещё тогда, когда мальчишкой был. При живой-то матери! Кому, как не мне, это знать ― мы же с ним ещё со школы дружили. Жалко его было!

Вообще-то теперь у нас всё ― слава богу! Грех жаловаться. И Виталька мой уже не тот, что был раньше. И всё равно он не любит быть один ― с друзьями там за пивком посидеть, в футбол погонять ― без разницы, лишь бы только не одному. Я-то знаю: это у него ― так, только видимость такая ― баламут, весь такой из себя компанейский парень, весельчак ― шуточки там, прибауточки. А на самом деле он чувствительный, ранимый (вот, поди ж, скажи кому, так разве поверят?!). А то, что он вечно на люди рвётся ― так это всё потому, что страшно ему вдруг снова почувствовать, что он никому не нужен… Такие вот дела!

Жалко мне Витальку! И сейчас жалко, хотя теперь у него есть мы.

Что ж до отца… Я уж и не припомню, когда Виталька в первый раз об отце своём заговорил. Это ещё в школе было. Рассказал мне по секрету, что у него есть другой отец ― не отчим, а настоящий. А уж после не раз хвалился, какой он хороший, его родной отец, ― и умный, и красивый. И, к тому же, непьющий. В его-то семье пили все ― и отчим, и мать, а потом и младший брат пристрастился. Такие вот дела… Так что для Витальки моего «непьющий» ― это почти как «святой».

Ну, а если по правде, то я его восторгов по поводу этого «распрекрасного» отца совсем даже не разделяла. Если уж он такой чудесный-расчудесный, чего ж он не знается с сыном-то родным?!

Только Виталька про это слушать не хотел. Злился. И всё твердил, твердил, какой он хороший, его отец.

Хотя, кто его знает, может, как раз, потому что у него такой отец гены всё-таки!. Виталька мой и не покатился по наклонной. Ну, как мать его, и отчим, и брат. А всё эта водка проклятущая! Одна в психушке кончила. Второго ещё раньше водка на тот свет спровадила. А братец Виталькин срок мотает. За убийство!!! Только ерунда всё это! Он, конечно, не ангел ― слабый, безвольный. Но любого спроси, кто его знает, никто не верит, что он убил. Мы думаем, его подставили ― ну, кто ж из-за пьянчужки заморачиваться-то станет? Повесили на него чужую бытовуху, закрыли дело и всё! Такие вот дела!

Думаю, это и доконало свекруху.

Вообще-то, женщина она неплохая. Была. По молодости даже красивая. Хозяйственная, готовила хорошо (одно время даже поваром работала, пока не запила). Ну, а после того, как младший сын в тюрягу угодил, окончательно умом тронулась. Так-то вот…

Сами-то мы в то время в Германии работали. Да и чем бы мы могли помочь?

И всё равно жалко их всех! Могли б себе жить, как люди, если б только не водка!..

А Виталька мой совсем другой. Выпить вообще-то может, не без того. Ну, в праздник там или рюмочку за обедом. Но, чтоб так, как они… Нет! Он у меня хороший, работящий. Взрывной, правда. Хотя оно и понятно при таком-то детстве. Но отходчивый. И руки у него «золотые». Мать, бывало, как выпьет, гладит Витальку по голове, слезу пускает и умиляется: мол, это ты в отца своего родного пошёл. Зато, как протрезвеет, слова лишнего из неё не вытянешь. И про отца ― ни-ни. И сыну запрещает на эту тему заговаривать. Ещё и накричит.

Ну, вот Виталька мой и уверовал, что он, и в самом деле, на отца похож. А ещё ― что когда-нибудь отец всё же признает его…

Такие вот дела!

Я порой так себе думаю: гены там, не гены, а, может, как раз эта вот самая вера и помогла ему не потонуть в болоте, в котором он вырос? Хотя, кто его знает, может, он, и впрямь, на отца своего похож, иначе разве признали бы его бабушка с дедушкой? Это я ― про родителей Владимира Ивановича. А ведь признали же внука!

Ну, да, признать-то они признали, только вот с отцом у него отношения не заладились. Виталик наведывался когда-никогда к бабушке с дедушкой, но отца своего он там всего-то пару раз видел. У того другая семья была, с родителями он не жил.