Константин Калбанов – Неприкаянный 4 (страница 7)

— То есть, среди вас только те, кому не повезло? — уточнил я.

— Дело не в везении, а в умении. Я средненький токарь, Ганс, неплохой слесарь, да и только, Фридрих самый обычный электромонтёр, без особых знаний и умений, — указал он на своих товарищей, которые были явно помоложе.

— Но среди нас не только те, кто возвращается. Есть и те, кто отправился на родину, чтобы уговорить свою родню перебраться на новое место. Кроме уговоров они везут ещё и деньги, для оплаты их переезда, — вклинился Фридрих.

— А если я вам скажу, что вы искали удачу не в той стороне? Есть на Дальнем Востоке такой российский город Владивосток. Там разворачивается большое строительство, возводится множество предприятий и настолько не хватает рабочих рук, что возьмут на работу любого знающего с какой стороны подступиться к станку или взяться за гаечный ключ.

— Это вы о себе? — поинтересовался Рихард.

— О себе в первую очередь, — подтвердил я.

— И вы будете рады не очень хорошим работникам? — хмыкнул Рихард.

— Хотите сказать, всё на что вы способны это выдавать брак? — вздёрнул я бровь.

— Вовсе нет, герр Кошелев. Но работники бывают разные. К примеру, мне чтобы выточить деталь в точных размерах, необходимо постоянно сверяться с помощью штангенциркуля. А мой товарищ Йохан отличный токарь и может изготовить то же самое с высокой точностью, ни разу не измерив. Такой мастер и высокую норму выдаст и брака не допустит.

— Если причина лишь в этом, то вам там будут только рады. И ваш заработок будет выше средних по России, а они и сегодня побольше чем в Германии. Я знаю это, потому что являюсь совладельцем трёх заводов. Станкостроительного, который уже сейчас начал расширяться. Моторостроительного и автомобильного, которые сейчас строятся, но уже на будущий год начнут выдавать продукцию. А ещё там строится крупная электростанция, закладывается сразу две угольные шахты. И будет построено ещё много чего. Не крестьянам же трудиться на тех предприятиях. Чтобы принять специалистов мы уже возводим рабочие посёлки. Пока только казармы, с комнатами на четверых или на одну семью. Но будут и квартирные дома, и бесплатная больница и много чего ещё.

— Вы так расписываете, будто этот ваш город просто сказка какая-то, — хмыкнул Фридрих, который электромонтёр.

— Пока это выглядит лишь как пустые обещания, — кивнув, согласился я, и добавил. — Но сказка станет реальность, я это гарантирую.

— И где этот город находится? — спросил слесарь Ганс.

— Далеко на востоке. Гораздо дальше, чем через океан от Гамбурга до Нью-Йорка. Поездом сегодня можно добраться за тридцать дней.

— Тридцать дней на поезде⁈ Россия такая большая⁈ — удивился Рихард.

— Она огромная, — улыбнувшись подтвердил я, и добавил. — А ещё, она радушная. Случается конечно всякое, но гостям и новым людям у нас всегда рады. И земли хватит, чтобы расселить миллионы. Так что, фермерам мы так же будем рады.

Надеялся ли я на то, что эти люди поведутся на мои посулы? Вовсе нет. Мне пока нечего им предложить. Да, предприятия строятся и рабочих рук не хватает, но и условия я им пока не могу предложить. Те же общежития лишь в проекте, а пока строятся бревенчатые бараки, самое простое и быстрое из возможных вариантов.

К чему тогда эти разговоры? Я просто вдруг подумал, что можно попробовать перехватывать вот таких разочаровавшихся в Америке, предлагая им новую попытку или же сразу заманивать прямиком из Европы. Пока мне им предложить нечего, кроме обещаний, но уже через год мои слова обретут некую материальность. И это может стать неплохой возможностью для устранения кадрового голода. Своими силами мы будем готовить эти самые кадры слишком долго.

Разумеется, с началом войны есть опасность немецких погромов. Но эта проблема решаема путём применения жёстких мер. Опять же, можно организовать грамотную пропаганду. В любом случае, если получится привлечь большое количество квалифицированных рабочих, то можно потратить усилия и на то, чтобы озаботиться их безопасностью…

В Гамбург мы прибыли одиннадцатого июля, откуда на поезде перебрались в Росток, и уже на следующий день оказались на борту русского парохода следующего прямиком в Санкт-Петербург. Удачно получилось, чего уж там. Правда тут с билетами первого класса не задалось и пришлось довольствоваться третьим. Но это ничего, тем паче, что каюта оказалась на четверых. Далее трёхдневный переход до столицы, и пятнадцатого моя нога наконец ступила на русскую землю.