Константин Калбанов – Неприкаянный 4 (страница 6)

Надо сказать, что маршрут пользовался популярностью и свободное место нашлось только в первом классе, второй и третий забиты под завязку. В четвёртом, на дечной палубе, мест хватает с избытком. Но это крайний случай. Ничего не имею против пролетариев, но если могу устроиться с удобствами, то предпочту переплатить. А там, даже не каюты, а самые натуральные кубрики по десять двадцать коек. Так что, только на самый крайний случай.

Две недели на корабле. За это время можно с ума сойти от скуки. Поэтому для всех категорий пассажиров имеется множество развлечений, от казино, до банальной игры в домино на нижней палубе. Желающие могут даже пострелять по тарелочкам, чем я время от времени и грешил. Правда, стрелять точно зная, что не промажешь, так себе развлечение. Поэтому занимался этим больше ради того, чтобы реально ощутить тяжесть оружия и отдачу в плечо.

На седьмой день мне захотелось общения с простыми работягами. Ну правда, все эти снобы уже в печёнке сидят. Есть библиотека, но мне читать не интересно, я ведь буквально проглатываю книжки, просто листая страницы.

Парни конечно почитывали, благо в библиотеке имелись книги на английском, который они более или менее освоили. Но занимались они этим сугубо находясь на охране и обороне каюты, с сейфом хранящим мой капитал. В остальное время предпочитали находиться в кругу компании попроще. Оно конечно в основе своей немцы и голландцы, у которых познания в английском немногим больше. Но кое-как общаться получается.

— Позволите присесть? — спросил я у троих пассажиров четвёртого класса.

Мужчины говорили на немецком и сидели на крохотном пятачке палубы в носовой части, где они могли позволить себе подышать свежим воздухом. Так как места было совсем немного, обитатели четвёртого класса старались гулять по очереди и надолго не задерживались. Впрочем, хватало тех, кто довольствовался общественным пространством с открытыми настежь иллюминаторами, отчего по дечной палубе бродили сквозняки. Где-то я их понимаю, мало приятного толкаться на клочке открытой палубы.

Несправедливо, учитывая, что первый класс мог себе позволить даже игру в мяч? Согласен. Но таковы реалии этого времени. Нужно ли это менять? Вне всякого сомнения. Чем я и собираюсь заняться. Но пойду своим путём и постараюсь избежать великих потрясений. Если мне подобное вообще под силу. Увы, но я не обладаю гением Ленина, Троцкого или Сталина. Хотя это и не значит, что не попытаюсь сделать что-то на свой лад.

— Присаживайтесь, герр?.. — запнулся старший из тройки, на вид за сорок, с сеткой морщин в уголках глаз.

— Олег Кошелев, — представился я

— Меня зовут Рихард. А это Фридрих и Ганс. Присаживайтесь, герр Кошелев.

— Благодарю.

— И что завело благородного господина на нижнюю палубу?

— Любопытство, что же ещё.

— И что вас интересует, герр?

— Я понимаю отчего люди из старого Света едут в Новый. Их влечёт надежда на светлое будущее. Но отчего вы возвращаетесь обратно, если дома вас ожидает безнадёга?

— Вы из коммунистов, герр?

— Нет. Как раз наоборот. Я заводчик и делец. Просто придерживаюсь правила, что жадность порождает бедность. Сегодня ты сэкономишь на жаловании рабочих, а завтра вылетишь в трубу.

— Хорошее правило, жаль только не все ему следуют, — хмыкнул Фридрих.

— Назад мы возвращаемся от разочарования, герр Кошелев, — кивнув словам товарища, начал Рихард. — Кто-то из наших соотечественников нашёл себе место в Новом свете, и я искренне за них рад. А такие как я остались не у дел. Безработица, жизнь впроголодь в жалких лачугах, грязь и болезни. Всё это было и дома, но на родине есть хотя бы близкие, так к чему терпеть нужду на чужбине.

— Соединённые штаты развиваются довольно бурно и там постоянная нужда в квалифицированных кадрах, — заметил я.

— Развиваются, это так и хотя постоянно открываются новые заводы и фабрики, рабочих мест на всех не хватает. Поэтому дельцы в первую очередь берут лучших из лучших, потом просто лучших, а уж средние кому как повезёт. Я провёл в Штатах три года, перебиваясь случайными заработками. Всё надеялся, что удача наконец улыбнётся и мне. Но за это время в страну успели приехать сотни тысяч таких же работяг, как и я, и среди них нашлись те, кто опять оказался лучше меня. Ну и моложе, не без того, — хмыкнул мужчина.