Константин Калбанов – Неприкаянный 4 (страница 9)
Не медля ни секунды я выскочил из пролётки, чем немало удивил Снегирёва. Признаться, я и сам пока не до конца понимал, с какого собственно говоря, но вот не понравился мне горячечный блеск в глазах вьюноши бледного со взором горящим, как и его решимость камикадзе. Насмотрелся я на таких за годы проведённые в поисках дозы адреналина. Очень уж похож на новобранца которому вот-вот предстоит первая в его жизни рукопашная схватка не на жизнь, а на смерть.
Студент завёл руку за спину и тут же она появилась но уже с небольшим револьвером. Я рванул из открытой поясной кобуры браунинг и едва юный террорист поднял оружие на линию огня, как грохнул выстрел. Молодого человека повело от попадания в плечо, бульдог выпал на мостовую тротуара, а следом завалился и незадачливый стрелок.
Полковник вздрогнул и в недоумении осмотрелся вокруг, даже не подумав потянуться к кобуре с уставным револьвером. До выстрела он вообще не видел ни меня ни нападавшего. И это при его-то службе и обстановке в стране. На его месте я вертел бы головой на триста шестьдесят градусов.
Выстрел!
Пуля с тупым щелчком ударила в стену дома, оставив серый кругляш скола штукатурки. Из второй пролётки прогрохотали сразу несколько выстрелов. На противоположной стороне улицы парнишка одетый как простой рабочий дважды встрепенувшись осел на колени и грохнулся лицом в брусчатку мостовой, так и не выронив револьвер.
— Лихо это у нас тут. Да Чикаго отдыхает, м-мать, — выдохнул я, высматривая возможных новых нападающих.
— Олег Николаевич, вы в порядке? — выскочил из Пролётки Ложкин.
— Нормально, — ответил я. И уже к жандарму, — господин полковник, вы как, не пострадали?
— Благодарю, со мной всё хорошо. Однако… — покачал он головой.
Жандарм взглянул на корчащегося на тротуаре студента. Перевёл взгляд на неподвижно распластавшееся тело рабочего. Посмотрел опять на меня. А по улице уже вовсю разносилась трель полицейских свистков. В смысле, свистели конечно же дворники, но никаких сомнений вскоре тут появятся и городовые, а мне предстоят разборки. Ничего особенного, с правом ношения оружия у нас всё в порядке, и применили мы его вполне себе правомерно, н-но…
М-да. Ну здравствуй, Россия матушка. Эк-ка тебя корёжит-то.
Глава 3
Приморский коммерческий
В Питере мы провели трое суток. И это ещё хорошо, что следственные процедуры с нами провели в сжатые сроки, и позволили покинуть столицу. До введения военно-полевых судов в отношении террористов, убийц, грабителей и иже с ними был ещё целый месяц. Это при условии, что взрыв на аптекарском острове всё же произойдёт, чему я намеревался помешать. Впрочем, из-за волны террора захлестнувшей Россию подобные меры сами напрашиваются. Нужен только решительный человек, способный сделать этот шаг, а Столыпин как раз из таких и будет.
Как только мы получили разрешение, то сразу поспешили купить билеты и поездом отправились в Москву. Нас там уже ожидал мой компаньон, купец первой гильдии Суворов. Как я уже говорил, Михаил Иванович умел подбирать кадры, а потому не опасался оставлять свои предприятия без присмотра на длительный срок и позволить себе вояж на запад. Впрочем, даже находись он во Владивостоке, то физически не смог бы лично контролировать всё.
Ну вот как ему уследить за факторией на той же Камчатке? До Петропавловска порядка полутора тысяч миль морем. Или золотой прииск, куда от железной дороги по тайге добрая сотня вёрст, которые преодолеть едва ли не сложнее. Или предприятия в Маньчжурии, где помимо расстояний есть ещё и такая напасть как хунхузы. Нет, без грамотного подбора персонала ему ни за что не удалось бы создать свою империю.
— Ну здравствуй, Олег Николаевич. — Иван, Александр, Григорий, — встретил он нас на перроне Николаевского вокзала…
По градации купца мои товарищи достойны уважения, чтобы не быть Ванькой, Сашкой и Гришкой, но и не доросли до Капитоныча, Филипыча и Петровича. Об имени отчестве я скромно умолчу. И несмотря на то, что я не чурался обращаться к ним именно так, для Суворова это ничего не значило. Парни должны были вырасти в его глазах и никак иначе.