Э. Кинг – Натюрморт с торнадо (страница 72)

Видите? Вот еще одна причина, по которой я не могу рассказывать о головном уборе. За выходные между выставкой и днем, когда я нашла свой проект в классе, с ребятами из моей школы случилось столько ужасного! Не то чтобы я знаю детали, но есть статистика и есть слухи. Буллинг, жестокость, депрессия и суицид, изнасилования… По сравнению со всем этим моя проблема – как комарик укусил. Интересно, так ли себя чувствует Вики-победительница-выставки? Интересно, осознаёт ли она, что то, что с ней происходит, – преступление? Мисс Смит к этому относится как к комариному укусу. Впрочем, она ко всему так относится.

– Хочешь рассказать мне, что случилось?

– Не очень.

– Я с утра посмотрел билеты, и я могу приехать завтра или послезавтра, зависит от того, смогу я найти замену по работе или нет.

– Было бы круто! – говорю я.

– Но ты расскажешь мне, если я приеду?

– Ну да. Но там ничего интересного. Не думай, что это что-то важное.

– Значит, важное, раз ты из-за этого перестала ходить в школу.

– Никогда ничего не происходит. Вот почему я перестала ходить в школу.

– Поговорим об этом, когда я приеду, – говорит он.

– Но слушай, тебе двадцать пять, а девушки нет? – спрашиваю я. – Не то чтобы я осуждаю, но как так? Ты отличный парень.

Брюс смеется.

– Ну, у меня были девушки. Пару лет назад я даже думал, что женюсь, но не срослось. Двадцать пять – не так уж и много. Уверен, я кого-нибудь найду. Не знаю. Мне нравится много работать. Я счастлив и занят – наверное, слишком занят для девушки, которой захочется, чтобы я часто был рядом.

– Значит, тебе нравится работа?

– Я ее обожаю. Каждый день я помогаю детям, таким… таким, как…

– Таким – как?..

– Таким, как я, – говорит он. – Каждый день я помогаю таким детям, как я.

Видите, как мы это обходим? Изгибаемся, как можем? Мы не на ристалище с мельницами – мы говорим о настоящем чудовище. Просто нам нельзя о нем разговаривать. На этом фоне моя история с проектом смотрится еще глупее.

– Я тебе напишу, когда возьму билеты. Я позвонил в мотель, у них есть свободная комната. Приеду на несколько дней. Мы найдем чем заняться. Своди меня в музей искусств!

– Господи, – говорю я. – Я с тобой и мамой просто с ума сойду!

– А что?

– Я не хочу идти в музей искусств.

– А как начет Мюттера?

Медицинский музей Мюттера – самый мерзкий музей на планете. Там выставляются всякие медицинские диковины, черепа, наборы для ампутации времен Гражданской войны и печень самых знаменитых сиамских близнецов в истории. Гинекологические инструменты, которым много сотен лет. Эмбрионы в банках. Кусочки мозга Альберта Эйнштейна. Серьезно: мозг. Альберта. Эйнштейна. Идеальное место.

– Да. По рукам.

– Я тебе напишу, – говорит Брюс.

Мы прощаемся и вешаем трубки.

Кэти

Мы готовим тако. Смесь курицы и бобов очень острая, потому что мы с мамой отлично знаем, что именно такие любит десятилетняя Сара.

– Кстати, она только месяц назад вернулась из Мехико, ты знала?