Э. Кинг – Натюрморт с торнадо (страница 109)
Вот это искусство.
Я решаю, что если мы зайдем, то зонтик я буду держать открытым.
Мама говорит:
– Я хочу, чтобы к утру тебя тут не было.
Папа говорит:
– Ну имей совесть! Меня только что уволили!
– Тебя не уволили, – говорит мама. – Ты на перестановке.
– Меня уволили.
Мама вздыхает:
– Значит, ты нам соврал?
– Увольнение – позор для любого мужчины, – говорит он. Искусство. Искусство. Искусство.
– Ты из какого года, Чет? Девятьсот пятидесятого?
– Вы нужны мне, – говорит папа, имея в виду нас с мамой. Он притворяется, что Брюса тут нет.
– Чтобы утром тебя тут не было, – повторяет мама.
– Я же тебя не бил! – говорит он.
Мама говорит:
– Ты так ничего и не понял.
Я понимаю.
Брюс говорит:
– Не хочешь вернуться в дом и поговорить как взрослые люди?
Папа игнорирует Брюса. Он говорит:
– Хелен, прошу тебя! Ты не можешь вот так меня выгнать! У Сары еще два года!
– Я переживу, пап. – Я повторяю себе, что проблема не во мне.
– Ты ребенок! Ты даже в школу не ходишь! – С этими словами он давит на сетку. Бьет все, что не человек.
– Я не собираюсь заходить, когда ты в таком состоянии, – говорит мама.
Я смотрю на папу за сеткой. Он страшный. Страшнее, чем я его когда-либо видела. И на вид безумный. Я бы на мамином месте тоже к нему не пошла. Я никогда раньше не боялась папы, но теперь боюсь. Не знаю, это из-за мясорубки или ситуации в доме. Он только что избил наш дом.
Он говорит:
– Тогда ты иди ищи, где жить. Это мой дом.
Мама вздыхает:
– Чет, ты ведешь себя как ребенок.