Антонина Чернецова – Колыбельная для медведицы (страница 5)
Замуж она могла бы выйти давно – руку и сердце ей предлагали часто, невзирая на её возраст и авторитарный нрав. Она обращала внимание лишь на тех, кто был намного моложе её самой, и, несмотря на слова о первом встречном, находила изъяны в каждом соискателе.
Хоть она и утверждала обратное, властвовать в таверне было истинным предназначением женщины. Хозяйка шикарно готовила и очень любила это занятие, но всегда делала вид, что нахождение в кухне у жаркого очага – кара небесная, постигшая её непонятно за какие грехи. Грехов, впрочем, за свою долгую жизнь она накопила не так ж и много.
Ванде никогда не изменяло чувство прекрасного, в её заведении было чисто и уютно, напитки ей всегда поставляли только лучшего качества, и трактирщице даже в голову не приходило разбавлять их. Таверна её была не только местом для утоления голода и жажды, но и территорией для проведения досуга. Она мастерски могла организовать любое мероприятие: весёлые праздники для местной ребятни, и кровопролитные бои между желающими подраться на потеху публике. Бывало, что в качестве бойцов выступали поссорившиеся между собой из-за какой-то мелочи соседки, что всегда собирало большую аудиторию сочувствующих.
В общем, увядающую, а если быть точнее, давно увядшую кокетку Ванду, которая никогда не лезла за словом в карман, любили и уважали все, кто хоть раз бывал в её заведении.
Зайдя в питейную, Юкас подскочил к хозяйке, опустился на одно колено, преподнося ей скромный букет из первоцветов:
– Ты как всегда хороша! Благоухаешь, как майская роза, любовь моя! – с чувством произнёс он. – Конечно, ты снова откажешь мне в небывалом счастье стать твоей второй половиной.
– Ещё парочка таких шикарных подарков, мой мальчик, и ты рискуешь получить от меня согласие на брак, – Ванда прищурила один глаз, взяла цветы и бережно сунула их в стакан с водой, растения она уважала, пожалуй, больше, чем многих людей.
– Хорошо, что предупредила, моя прелесть! С презентами я, пожалуй, буду осторожнее, – он улыбнулся, и та часть его улыбки, которую не скрывала маска, была прекрасна.
– Эй, Юкас! – окликнул его плотный бородатый человек с широкой спиной, сидевший в компании нескольких мужчин разного возраста, часть которых приходилась ему близкими родственниками. – Садись с нами, надо поговорить.
– Я займусь тобой позже, Тея! – Юкас подмигнул он здоровым глазом симпатичной местной проститутке, которая частенько обслуживала его в долг, а потом делала вид, что забывала о том, что он ей задолжал.
Юкас имел весьма своеобразные представления о чести и совести, но о долгах, особенно шлюхам, помнил всегда. Впрочем, это не мешало ему их копить.
Он подсел за длинный дощатый стол к мужчинам, ему подали кружку с выпивкой, попросили принести для него еды. Юкасу не слишком нравилось, когда его угощали – он просто не любил быть обязанным, но и обижать отказом тех, кто проявлял щедрость и внимание было неуместно.
Позвавший его мужчина, опёрся локтями на стол и придвинулся через него к Юкасу:
– Не мне тебе рассказывать, дружище, что в рядах наших разведчиков образовались брешь. Старик окочурился, его медведь не уходит с могилы хозяина уже пару месяцев. Малышка ждёт ребёнка от моего старшего сына, – он мотнул головой в сторону парня, сидевшего напротив. – Придётся искать новых людей. Пока из тех, кого можно отправить на разведку, остался только ты. У меня даже мыслей нет, кто мог бы составить тебе компанию. Не считая, конечно, твоей медведицы. Воистину прекрасное создание – мелкая, быстрая, преданная.
Юкас втянул воздух через зубы, осмотрелся вокруг. В прошлом году их действительно было трое. Тех, которые доверяли друг другу больше, чем самим себе. Зимой умер их старший товарищ, наставник по имени Юм. Его жена проснулась, разбуженная медведем, который на тот момент ещё не должен был выйти из спячки. Здоровяк оглашал округу рыком, скрёб дверь дома. За всю совместную жизнь супругов, а она была достаточно долгой и, по большей части, счастливой, благородный зверь никогда не вёл себя подобным образом. Проснувшись от издаваемого животным шума, женщина обнаружила мужа рядом с собой, в собственной супружеской постели. Он был мёртв.