Алмаз Эрнисов – Опознание невозможно (страница 48)

– Так оно и есть, говорю тебе. Это – моя область, а не твоя или Шосвица. Таким образом он дразнит человека; так нельзя подставляться, тем более в качестве мишени. Послушай, если Грамотей, так они окрестили поджигателя, нападает на здания определенного типа, или если он предложил этим женщинам алюминиевую обшивку для дома, а они отказались, это одно дело. Но если он сосредоточился на Гармане, если здесь речь идет о мести, если он на этом зациклился, тогда Шосвиц совершенно не прав, изображая тебя этаким великим охотником за головами. Эти ребята непредсказуемы и легко возбудимы, Лу. Он способен сменить свою цель вот так. – Она щелкнула пальцами.

– Что сделано, то сделано, – отозвался Болдт. – Шосвиц всего лишь приписывает мне несуществующие достоинства, а не обвиняет. Именно так он может сохранить свою работу и должность. И как раз поэтому я никогда не стану чиновником. Необходимо знать правила игры, и, говоря откровенно, это меня не интересует.

– Слава Богу, – ответила она. – Я непременно поговорю с Шосвицем, – заявила Дафна. – Скажу, чтобы он прекратил. Так что имей в виду. – Она знала, что он не будет спорить с ней; он всячески старался избегать стычек.

– Мелисса Хейфиц, – сказал Болдт. – Дикси подтвердил это сегодня утром. По зубной карте. Они нашли пять зубов в пепле. Два из них принадлежат Мелиссе. Двадцать девять лет. Вдова, один ребенок. Муж был строительным рабочим, бетонщиком. Она работала бухгалтером в конторе на Восемьдесят пятой улице. Пока мы не обнаружили никакой связи с Дороти Энрайт. Приятная женщина, – добавил он, протягивая ей фотографию с водительского удостоверения. – Родители живут в Линнвуде. Сестра в Портленде. Нормальная, обычная жизнь, которая внезапно оборвалась. – Она почувствовала, что в горле у него стоит комок. Он считал чуть ли не каждую жертву членом собственной семьи. И это делало его единственным и неповторимым, но и уязвимым тоже. Он произнес: – Ты ведь знаешь, раньше людей сжигали на костре. – Его слова повисли в воздухе.

– Видишь? – спросила она, по-прежнему держа в руке фотографию с водительского удостоверения. – Цвет волос? Даже форма ее головы?

– О чем это мы говорим? – поинтересовался Болдт, подаваясь вперед.

Дафна наклонилась над столом и принялась рыться в стопке папок. Она вытащила одну и раскрыла ее. Потом передала Болдту плохую фотокопию моментального снимка Дороти Энрайт.

– А теперь? – спросила она.

– Черт меня подери, – сказал мужчина, который редко ругался.

– Думаю, теперь мы можем исключить здание в качестве мишени. Полагаю, мы можем отпустить Гармана с крючка. У жертв есть общие черты: темные, коротко подстриженные волосы, тонкое лицо. Он выбрал смерть от огня…

– Что просто нелепо, – вмешался Болдт. – Существует дюжина более легких способов убить кого-либо.

– Отнюдь не так нелепо, – поправила она, – это символично. В огне для него заключен некий символ, иначе он не пускался бы на все эти ухищрения. Правильно? Для него важно, чтобы женщины именно сгорели. Почему? Из-за символа ада? Потому что мать специально обожгла его, когда он был ребенком? Потому что они – нечистые, и он пытается совершить над ними обряд очищения?

– От твоих слов у меня мурашки бегут по коже, – заявил Болдт, обнимая себя руками, словно ему было холодно.

– Я даю тебе мотивы, психологическое значение, которое может иметь для преступника огонь: религия, месть, очищение. Они все здесь уместны.

– Этот парень охотится на брюнеток, потому что ему причинила вред его мать?

– Или подружка, или учительница, или сиделка, или соседка. Возможно, он пытался заняться любовью с женщиной и не преуспел; она смеялась над ним, дразнила его. Говорю тебе, Лу – а я знаю, тебе не хочется слышать этого, – тут замешаны секс и отверженность. Его мать могла застать его в тот момент, когда он игрался со своей штукой, и поднесла к ней утюг…

– Достаточно.

– Мы сталкиваемся с такого рода вещами, – настаивала она.

– С меня хватит.

– Нет, не хватит, если ты собираешься поймать его, – заявила она. – У тебя есть убийца, который намеренно сжигает здания, причем таким образом, что ставит в тупик специалистов. Он достаточно уверен в себе, чтобы рассылать стишки и рисунки, предваряющие совершаемые им убийства. У него особый взгляд на своих жертв. Каким-то образом он проникает в их дом и устраивает так, что тот просто взрывается, не давая жертве времени выбраться наружу. Ты должен лучше знать, что́ им движет, в противном случае тебе остается рассчитывать на чистую удачу. Единственный способ, которым ты тогда можешь поймать его, это столкнуться с ним на парковочной площадке супермаркета.