Альберто Виллолдо – Как создать свое новое тело (страница 56)
Увеличение концентрации BDNF, глутатиона и СОД помогает восстанавливать митохондрии и предотвращать серьезные разрушения, вызываемые болезнями старости. Эти вещества важны и по другой причине: они удаляют мусор в мозге и позволяют испытывать Единство. Переживание Единства способствует здоровью, а также мощным и творческим образом воплощает наши мечты о лучшем мире.
Глава 8. Освобождаемся от стрессоров
Основные достижения цивилизации – это процессы, практически разрушающие те общества, в которых они происходят.
Несколько лет назад мой наставник из амазонских шаманов сказал, что для постижения мудрости тропического леса я должен провести ночь в джунглях у реки Мадре-де-Диос. Перед закатом он привел меня на берег. То было прекрасное место – поляна, усыпанная белым песком, в окружении гигантских деревьев шиуауако. Неподалеку на естественном солонце кормились различные попугаи, которые поклевывали красную почву и глотали камушки, которые всегда входят в меню их завтраков и ужинов. В теплых лучах заходящего солнца синие и красные перья птиц казались полупрозрачными. А потом – внезапно, как это всегда происходит в тропических джунглях, – стало темно.
Я порылся в сумке и обнаружил, что старый шаман унес мой фонарик и спички, которые всегда держу при себе на такой случай. Я пытался убедить себя в том, что нахожусь в раю, что вокруг красиво и безопасно. Но едва наступила ночь, как меня охватил ужас от осознания того, что я остался один в темных джунглях. Меня тревожил каждый хруст ветки и шелест листьев. Казалось, что рядом затаился ягуар, готовый в любую секунду вонзить в меня свои острые клыки. Но потом наступило утро, и все снова стало хорошо – даже после того, как я увидел на песке свежие следы ягуара. Мне пришлось провести в тропическом лесу гораздо больше времени, прежде чем я понял, что могу спокойно продержаться даже с минимальными запасами еды. Я научился быть неуязвимым для ягуаров.
Мы становимся добычей хищников, когда они чувствуют наш страх. Ягуар отслеживает наш запах на расстоянии многих километров, как и городской грабитель мгновенно выбирает нас в толпе, потому что нутром чует слабого. Испуг запускает в мозге и гормональной системе каскад химических реакций, которые в буквальном смысле меняют запах нашего тела – мы начинаем пахнуть, как загнанное животное. Случалось ли вам бояться настолько сильно, чтобы даже от пота разило страхом? В таких ситуациях ваше сознание воспринимает весь мир как опасного хищника, и вы сосредотачиваетесь на самозащите: «Нахожусь ли я в безопасности? Хватит ли мне денег, любви или чего угодно еще, чтобы чувствовать себя защищенным?» Страх держит вас в состоянии хронического перевозбуждения, из-за которого вы можете превратиться в чей-нибудь ужин.
Наши страхи ведут к болезням. Многие проблемы со здоровьем вызваны неизлеченными эмоциями, и страх – самая болезненная из них. Эмоции – это древние программы выживания, закодированные в лимбическом мозге, и пока они довлеют над мышлением и нервной системой, вы подвергаете себя опасности. Чтобы из жертвы обстоятельств превратиться в героя и отправиться в грандиозное путешествие, полное открытий, необходимо исцелить свои эмоции. Для этого не обязательно делать что-то из ряда вон выходящее. Жизнь щедро обеспечивает нас сложными задачами и стрессами, которые позволяют преобразовать токсические эмоции, такие как страх и гнев, в позитивные чувства сострадания и любви.
Я предпочитаю делать различие между ядовитыми эмоциями, которые отравляют нас подобно гноящимся ранам, и чувствами, которые возникают как естественные реакции на происходящее и затем исчезают. Вы иногда злитесь на детей или супругу, и эти спонтанные вспышки посылают волну химических веществ через все тело и мозг, но вскоре это чувство проходит, и невозмутимость восстанавливается. Что же касается токсичных эмоций, то они склонны задерживаться в организме и селиться в нейронных сетях мозга на целые часы, дни или годы. Исследователь мозга Джилл Болт Тейлор описывает разницу между чувствами и эмоциями в книге «Мой инсульт был мне наукой» таким образом: «Через девяносто секунд после начала вспышки гнева его химический компонент полностью исчезает из моей крови и автоматическая реакция прекращается. Если же я продолжаю злиться и по истечении этих девяноста секунд, то это значит, что я