Агата Янссон – Дочери белого дерева. По следам на снегу (страница 6)

Он сел в единственное кресло в комнате и с наслаждением вытянул ноги. Его расслабленная поза, красивые руки, покоящиеся на подлокотниках, говорили о том, что он остался чрезвычайно доволен результатом вылазки. Он выглядел так, будто только что послал служанку за чашечкой свежего кофе и сидит теперь в предвкушении, принюхиваясь, не доносится ли с кухни терпкий запах этого напитка, и вот-вот должна войти в комнату девушка лет эдак не старше двадцати, с аккуратно зачесанными волосами, убранными под чепчик, чтобы ни в коем случае не оказались в еде, и с подносом в руках. И пока она будет идти через всю комнату, будет тихо и жалобно позвякивать тончайшая фарфоровая чашечка на блюдце, а рядом с ней будет поблескивать серебряная ложечка, такая маленькая, будто игрушечная, и кусочек сахара. Служанка осторожно, чтобы не расплескать, поставит чашечку на столик у кресла и, получив знак, что она свободна, бесшумно скроется за дверью, а Менхур двумя пальцами возьмет сахар и опустит в чашечку, размешает этой кукольной ложечкой и сделает маленький глоток обжигающе горячего напитка.

Именно в такой расслабленной позе он сейчас сидел, разве что без кофе.

– Слухов относительно нас нет никаких, – проговорил он. – Видимо, потому что мы не слишком часто появляемся в городе, а Кассия не болтлива и предпочитает работать, а не разбирать веник по прутикам.

Я догадалась, что он имел в виду «подробно обсуждать местные сплетни». Хотя, может, это значило «заниматься бесполезным делом». Я до сих пор не привыкла к его речи. Так или иначе, ничто не мешало нам остаться в Берсареде и тихонько сидеть в лавке у травницы, не опасаясь преследования.

Вскоре вернулась Кассия, а вместе с ней – двое озорных сорванцов: мальчик лет тринадцати и девочка на год младше. Брат с сестрой закинули вещи в комнату, плотно пообедали и занялись каждый своим делом, не обращая на постояльцев ни малейшего внимания. Все вместе мы собрались только за ужином.

– Мама сказала, вы у нас теперь живете, – с любопытством сказал мальчик.

– Пожалуй, так, – согласился Менхур.

– А своего дома у вас, что, нет? – поинтересовалась девочка.

Мать шикнула на нее, и та замолчала.

Отец Кассии выглядел довольным, что вокруг него было так много людей и царило оживление. Он даже пытался улыбаться и спрашивать внуков про поездку. Они с удовольствием рассказывали, что дядя брал их с собой к своему другу, и тот показывал им «фокусы». А еще дал поиграть со своей собакой. Дед удовлетворенно хмыкнул и будто ушел в себя, и до конца ужина от него не было слышно ни звука. Кассия собрала посуду со стола и попросила детей поиграть где-нибудь, пока она прибирается. Они радостно потопали прочь, а мы остались. Я помогла вымыть ложки и тарелки. Знали бы они, кто их посудомойка на самом деле! Менхур помог отцу травницы лечь в постель.

Я пошла в свою комнату, но у самой двери в меня вдруг врезались резвящиеся дети, игравшие в догонялки в коридоре. Я мягко оттолкнула их от себя и закрыла за собой дверь. Теперь, видимо, придется терпеть возню и крики каждый день, но и это меньшее из зол. Мои кошмары были куда хуже.

Несколько ночей подряд я возвращалась во сне на снег и лед, по которому бежала, но в этот раз к моим видениям добавились кое-какие детали. В моей руке были крепко зажаты листы из какой-то книги. Сзади топали десятки ног, а впереди простиралась белая равнина. Я никогда не задумывалась о том, что переместилась в тело ворожеи перед началом лета, и погоня по снегу никак не могла быть последними ее воспоминаниями. Или могла, но тогда где она произошла? Где найти снег в конце мая?

Глава 2. Община

Белое дерево источало призрачный свет.

– Не страшно тебе? – спросил женский голос.

Передо мной стояла молодая женщина с белыми волосами, будто наспех стянутыми лентой.

Я покачала головой. Я знала, кто она.

– Эх, сестрицы, не о том волнуетесь! – прозвенел веселый голос, и из-за ствола дерева появилась другая, совсем молоденькая девушка с такими же волосами, но до плеч. – Вам бы какого сына царского себе присмотреть, а там глядишь – и замуж позовет. А оттуда рукой подать до трона да короны…