Юлия Федотова – Тайны дубовой аллеи (страница 56)
– Было. Только знаете, господин инспектор, на войне люди иначе смотрели на вещи, поэтому нас называли не головорезами, а защитниками интересов Короны. И я не вполне понимаю, какое отношение это имеет к убийствам в Гринторпе.
– Какое отношение? – неприятно осклабился Поттинджер. – Да самое прямое! Вам ничего не стоит прикончить человека, мистер Веттели. Думаете, я не знаю, каким способом были убиты рядовой Барлоу и капрал Пулл? Ножом в левый глаз – это ведь ваш почерк, не так ли?
Так вот к чему он вел! Можно было сразу догадаться.
– Ножом, мистер Поттинджер, именно ножом. Не карандашом, не сапожным шилом. Зачем бы я стал пользоваться всякой подручной дрянью, если у меня в комнате лежит связка отличных метательных ножей?
– Чтобы отвести от себя подозрения.
Веттели стало смешно.
– Мистер Поттинджер, неужели вы воображаете, будто я умею убивать
Сыщик уставился на него тяжелым, мутным взглядом. «Похоже, он не дурак выпить, – решил Веттели. – Пьет, мучится похмельем и изводит окружающих».
– А почему бы и нет, мистер Веттели? Возможно, вы сошли с ума и начали убивать по привычке. Возможно, способ убийства имеет для вас какое-то ритуальное значение, поэтому вы его не меняете. Не исключена и одержимость: вы из числа тех, кто участвовал в осаде Кафьота. Не знаю, что там было, – ваше командование не желает отвечать прямо, но история эта очень дурно пахнет. Одним богам ведомо, кто или что могло вселиться в вас там, в песках. Поэтому на данный момент именно вы являетесь главным подозреваемым, нравится вам это или нет.
– О да! – рассмеялся Веттели невесело. – Мне это очень нравится! К сожалению, все сказанное вами – это не более чем ваши личные домыслы, «на данный момент», как вы выражаетесь, бездоказательные.
Поттинджер ухмыльнулся в ответ:
– Ничего, капитан, доказательства – дело наживное. Доказательства мы найдем.
– Нет, – возразил Веттели устало. – Не найдете. Потому что Хиксвилла и Мидоуза я не убивал.
– Ну-ну. Поживем – увидим. А пока будьте уж так добры не покидать Гринторп.
– Да, разумеется, инспектор. Я и не собирался.
Вечером он рассказал обо всем Эмили.
– Знаешь, о чем я подумал? По пути в Старый Свет я убил человека… Только не подумай, этот был преступник, самый мерзкий тип из всех, что носит земля. Я убил его, чтобы остановить. В общем… Я убил его ножом в глаз. Прости, что тебе приходится это слушать.
– Берти, я врач, если ты забыл. Мне приходилось иметь дело с трупами и даже резать их. Так что слушать я могу что угодно. Давай к делу.
– Вот я и говорю – прямо в глаз. Тем же способом совершены все наши убийства. А потом дух Упыря – того парня, что я убил, у него была кличка Упырь – явился в Баргейтские казармы. Вот я и думаю – что, если его так и не упокоили? Вдруг он увязался за мной, бродит по Гринторпу, вселяется в окружающих и мстит?
– Кому мстит?
– Мне, разумеется.
– Но он же не тебя убил… тьфу-тьфу, не сглазить.
– Он убивает так, чтобы подумали на меня. Для Поттинджера я главный подозреваемый, он сам сказал. У него нет доказательств, иначе я уже сидел бы в камере. А оттуда и до виселицы недалеко.
– Так! – Глаза мисс Фессенден блеснули азартом. – Надо попробовать самим изгнать твоего духа. Агату надо ждать до утра, мага вообще пока еще найдешь. Давай попробуем прямо сейчас.
– Шутишь? – Веттели не верил своим ушам. – Это же высшая магия! Или у вас на медицинских курсах такое проходят?
– Нет, конечно, спасибо! Анатомии с гистологией хватило. Просто есть один легкий способ вызвать любого духа, никакой специальной подготовки не надо.
– Правда? – заинтересовался Веттели. – Никогда не слышал. Что за способ?
Эмили назидательно, как настоящая учительница, подняла кверху указательный палец и объявила торжественно-интригующе: