Юлия Федотова – Тайны дубовой аллеи (страница 111)

– Правильно сравнила! – Фея была настроена очень воинственно. – Ты недалеко от него ушел, если не осознаешь, какая опасность тебе угрожает.

– Ах, да все я прекрасно осознаю, – вынужден был признать Веттели. И вдруг понял и обрадовался. – Ведь это нам даже на руку! Убийца станет охотиться на меня, я на него. Это называется «ловить на живца» – старый полицейский прием.

– А если он убьет тебя прежде, чем ты его? – Голос Гвиневры сделался еще более возмущенным. – Ты ведь не можешь полностью исключить такую возможность, правда? Это ужасный риск!

И это она говорит человеку, который пять лет ходил под пулями и рисковал жизнью едва ли не ежесекундно! Смешно!

– Ничего смешного! Что с тобой было раньше, не имеет никакого значения. В те времена я тебя не знала и не стала бы о тебе, убитом, горевать. А теперь – стану. Чувствуешь разницу?

Веттели из деликатности сумел сохранить серьезное выражение лица, хоть и было это непросто. Но ведьма откровенно рассмеялась, и гоблин сдержанно фыркнул.

– Ах, делайте, что хотите! – надулась Гвиневра, рассыпалась красными, сердитыми искрами и исчезла. – И не говорите потом, что я не предупреждала! – донеслось из пустоты.

Искать Эмили он не стал. И вообще, решил на всякий случай держаться от нее подальше. Ведь там, где в ход идут ножи и стрелы, далеко ли до беды? Случайно промахнуться, попасть не в ту цель может даже самый лучший стрелок.

Решить-то он решил… Да только беда уже встала на их след.

Веттели бродил по школе, из крыла в крыло, с этажа на этаж, заглядывал в пустые спальни и классы, изображая дежурного учителя. «Мисс Брэннстоун куда-то запропастилась, попросили заменить», – объяснял он, встречая недоуменно-неодобрительные взгляды коллег, скучающих по своим рабочим местам. Они бы, конечно, предпочли остаться в собственных комнатах или собраться компанией в клубе, но профессор Инджерсолл, обычно такой покладистый и либеральный, когда хотел, умел проявить твердость. «Коллеги, у нас не выходной день, а чрезвычайная ситуация, не будем об этом забывать», – сказал он, а мисс Топселл вторила: «Советую привести в порядок журналы и прочую документацию. Сделать это во время карантина большинство из вас почему-то не удосужилось… Да-да, мистер Харрис, ваши записи, как всегда, в полном порядке. Я же специально уточнила: не все, а большинство. За работу, дорогие коллеги».

Сделано это было нарочно, Веттели попросил:

– Будет лучше, если учителя разойдутся по кабинетам. Видите ли, сэр…

– Не вижу! – замахал руками тот. – Я сделаю, как вы сочтете нужным, но ничего мне не объясняйте. Хочу оставаться в неведении. Я такой же подозреваемый, как все остальные, лишние сведения могут повредить моему алиби.

Из тех же соображений Инджерсолл не пожелал узнать и о том, каким образом была проведена эвакуация и где именно пребывали пять сотен его питомцев. Пожалуй, это была верная позиция, но Веттели подумалось, что, окажись он на месте профессора, любопытство взяло бы верх над благоразумием. «Вот потому тебе и не стать никогда директором школы!» – назидательно сказал о себе майор.

А коллег он разогнал по двум причинам.

Во-первых, для «удобства» убийцы – будет чувствовать себя более уверенно и действовать менее осмотрительно, когда поймет, что обычный школьный распорядок принципиальных изменений не претерпел. Не то еще начнет особо осторожничать – лови его тогда!

Во-вторых, это был лучший способ объяснить Эмили, с чего вдруг он начал ее избегать. Только она, кажется, сама все поняла, слишком тревожным был ее взгляд.

…Это было как в ночном рейде: врага не видно, полагаться можно только на слух и то усиленное боевой магической подготовкой чувство, которое принято называть «шестым». Нервы напряжены, концентрация предельная – ни одной посторонней мысли, разум как щель прицела. Метательный нож наготове, спрятан в ладони.

Поворот… Еще поворот. Повороты особенно опасны. Вряд ли убийца рискнет просто выйти навстречу, рассчитывая на свое умение отводить глаза. Он должен понимать, что против опытного офицера такой прием может не сработать. Поэтому удар, скорее всего, нужно ждать из-за угла. Или с дальнего расстояния. Хотя нет. Преступник умен, он не станет повторять ту же ошибку, что допустил с Фаунтлери. Бессмысленно метать одиночную стрелу или нож в того, кто умеет их отводить. Значит, ближнего боя не избежишь, и внезапное нападение из-за угла – это самое умное, что убийца может предпринять. Нет. Не самое. Еще умнее – выбрать себе другую жертву, неспособную дать отпор.