Юлия Федотова – Последнее поколение (страница 96)
Новое дело оказалось из их числа. Неприятное. Скользкое. Ошибки в их работе вообще недопустимы, но в этом случае — особенно. Государства разные, государства воюют, но церковь как была единой, так и осталась, и вступать с ней в конфликт крайне нежелательно… Эх, да и не в церкви суть, не в попах с их сладкими песнями! Создателей прогневить страшно — вот главное! Создатели не любят, чтобы обижали их избранных слуг, Создатели карают беспощадно… С другой стороны, окажись монахи ряжеными — это ведь какая удача! Простая полевая полиция обошла саму контрразведку! Задержала разведгруппу из трёх… нет, надо присчитать вон того, что висит — чего ему зря болтаться? — и внести в рапорт… Да, значит, так:
Впрочем, рапорты сочинять пока рановато. Надо сначала их выбить, показания-то… Ах, чёрт, забыл! Нельзя
… Минут двадцать он не предпринимал ничего, только покачивался на неудобном казённом стуле, слишком узком для его обширного зада, и внимательно разглядывал новых задержанных.
Они сидели на коленях у стены, почтительно опустив глаза, смирные и безмолвные. Один — средних лет человек. Здоровенный же, чёрт, такого хоть сейчас в гвардейский десант! Двое — «дети болот», очень молоды, но не ровесники. Тот, что помладше — страшненький, убогонький, ударишь раз — и загнётся. Старший… Да, этот другой, этот красавчик, жаль, если и вправду монах… Странно, но почему-то он кажется смутно знакомым… Хотя, все они, мутанты, на одно лицо…
Аф-Мыжиг никуда не торопился, таков был его жизненный принцип. Он медленно раскрыл папку, медленно извлёк из портфеля ручку с золотым пером — не любил писать дешёвыми казёнными, они всегда пачкали пальцы и оставляли неровный, слишком жирный след. Будто бы нехотя приступил к допросу: кто такие, откуда, куда, зачем? Расспрашивал обстоятельно, подетально, старался сбить с толку неожиданными переходами, но ничего нового для себя не почерпнул. Изложенную красивым монахом версию он уже слышал от патрульных. И в показаниях монашек не путался, на провокации не поддавался. (Откуда было знать простому квандорскому следователю, что все его нехитрые полицейские уловки допрашиваемому были знакомы едва ли не с раннего детства, и он с лёгкостью умел их обходить.) Кто другой на места Аф-Мыжига, пожалуй, махнул бы рукой на это безнадёжное дело и перешёл к допросу с пристрастием. Но Аф-Мыжиг решил прежде испытать ещё один способ. Велел привести попа из ближайшего храма Вдовицы: пусть потолкует с единоверцами о сакральном, вдруг да и подловит на чём? Безбожники-арингорадцы веру отринули, и в богословии не сильны. Разведка у них на высоте, резидентов готовят очень тщательно, но есть вещи, которые просто так не заучишь, которые надо понимать сердцем… Так сказал себе следователь Аф-Мыжиг, принимая решение. Но на самом деле, в затаенных глубинах души он не надеялся, что священнику повезёт больше, чем ему самому. Просто ему отчаянно хотелось сложить с себя ответственность — не перед людьми, не перед начальством своим — перед тремя Создателями и их матерью.
Посыльные обернулись так скоро, что он даже удивился. Но только глянул, кого они привели — и отослал обратно. Вежливо, конечно, но настойчиво. Дескать, недоразумение вышло, зря побеспокоили, простите, Создателей ради, за причинённые хлопоты. Он сразу увидел: от этого толку не выйдет. Совсем молоденький оказался попик, светленький, чахленький. Не только не допросит как надо — ещё и покрывать станет, если заметит промашку. Потому что все они, мутанты, жабье племя, друг с другом повязаны, ради