Софья Сучкова (Soniagdy) – Тень чёрной розы (страница 1)
Софья Сучкова (Soniagdy)
Тень чёрной розы
От автора
«Тень чёрной розы» и «Возвращение чёрной розы» – одни из первых моих книг, которые я начала писать с практически нулевым опытом. Признаюсь, у меня были мысли, чтобы удалить и уничтожить собственные старания, но я всякий раз воздерживалась, говоря себе, что потом перепишу, откорректирую. В принципе, это я и сделала.
Мне приходилось практически заново переписывать «Тень чёрной розы», добавлять или убирая описания, и моя отговорка по типу: «В моих книгах я делаю большой акцент на эмоции моих персонажей и их диалоги» полетела в мусорку.
Мне говорил старший брат, когда я читала ему книгу в первый раз, что книжка получилась очень интересной, но весь сюжет идёт темпом «скоростного экспресса» (это я так называю быстрые сюжеты). Мне и самой казалось, что это так, но я в первое время закрывала на это глаза, однако не была довольная результатом.
Уже чуть-чуть переделав её, отредактировав, перечитав, я могу смело сказать, что результатом я вполне удовлетворена.
Несмотря на все мысли удаления и полного переделывания, я оставлю историю такой, какой она должна была быть. Такой, какой я её придумала, такой, в которую я влюбилась.
Я могу лишь перечитывать, редактировать, но я не имею права полностью переписать книгу, героев или нажать на кнопку «удалить», тем самым убив персонажей, которые должны жить…
Перед прочтением советую укутаться в тёплый пледик, взять любимую мягкую игрушку, чашку кофе/какао/кофе и добро пожаловать в мой мир полный криминала, юмора, любви и дружбы!
И приятного прочтения! ~ ^^
(и аппетита, если читатель кушает, пхихи!~ ^^)
Глава 1. Утро, шоколад и неожиданный звонок на Бейкер-стрит
Лондонское утро дышало влагой. Не густой, удушающий смог, а лёгкая, почти невесомая дымка, которая ласково обнимала город, смягчая острые углы зданий и придавая всему вокруг оттенок акварельной живописи. Из приоткрытого балкона в нашей гостиной доносился дурманящий аромат свежесваренного кофе, смешанный с тонким, освежающим запахом дождя, который только что закончил свою утреннюю песню.
Я сидел в своём любимом, глубоком кресле, обтянутом потёртой кожей, и наслаждался теплом чашки, в которой плескался Эрл Грей со щедрой порцией клубничного джема. Каждый глоток был как маленькое путешествие в детство, в те беззаботные дни, когда мир казался простым и понятным.
Моё внимание было приковано к Соне. Она сидела за низким столиком, высунув кончик языка от усердия, и с сосредоточенным видом выводила что-то в своем скетчбуке. Её пальцы, тонкие и ловкие, порхали над бумагой, а карандаш оставлял за собой изящные линии. Она не просто рисовала, она собирала вдохновение, выписывая на английском языке различные цитаты, которые, казалось, находили отклик в её творческой душе. Ее тёмно-русые волосы были собраны в небрежный пучок, из которого выбивались непослушные прядки, обрамляя её сосредоточенное лицо.
Внезапно она остановилась, задумчиво облизнув кончик карандаша. Её взгляд на мгновение стал немного растерянным.
– Грей, а как по-английски будет «не везёт в картах – повезёт в любви»? – спросила она мягко, и её голос звучал словно шелест осенних листьев.
Я сделал глоток чая, ощущая, как тепло разливается по телу. Удовлетворённо закрыв глаза, я позволил себе насладиться этим моментом покоя.
– Это русская поговорка, Сонь, – ответил я, открывая глаза и встречаясь с её взглядом. – В английском такого прямого эквивалента нет.
Её плечи слегка опустились, и я увидел, как в её глазах мелькнуло разочарование, похожее на тень, пробежавшую по солнечному лугу.
– Да? А жаль, – прошептала она, снова склоняясь над скетчбуком. – А то бы я вписала её сюда.
Она провела ровную линию по линейке, словно пытаясь заполнить пустоту, возникшую в её вдохновляющей страничке. Я наблюдал за ней, чувствуя лёгкое покалывание в груди. Мне нравилось её стремление к красоте, к гармонии, даже в таких мелочах, как цитаты.