Максим Волжский – Когда-то был Апрель (страница 37)
А Ваня мило улыбался. Он знал друга, как никто, и был уверен, что ничего противозаконного совершить тот не мог, а двухдневное отсутствие объясняется очень просто — это пусть не первая, но всё-таки любовь. Ищите женщину, как говорят, французы — и не только они говорят. А из практики известно: все беды от них — не от французов, конечно, от женщин! Всех девиц нужно запереть на ключ, надеть пояс верности и заставить стирать бельё, печь пироги или надувать круги для купания, чтобы те просто пылились в коридоре.
— Не переживай, старина, — подкинув орешек, подбодрил Ваня. — Все мы одинаковые. Ты только сразу не женись. Погуляй сначала. Туда-сюда сходи — в цирк, в кино, в лавру в Сергиев Посад прокатись. А лучше в зоопарк. Присмотрись к ней, короче…
— Да… все мы одинаковые… — задумался Апрель, вспоминая полёт в прошлое.
Начинающему путешественнику по мирам очень хотелось рассказать, что случилось с ним, чтобы вместе с другом разобраться в произошедшем событии. Но как рассказать? Ещё несколько дней назад Ваня сам пытался поделиться страхами о человеке, преследующем его. Апрель, конечно, выслушал весь рассказ, но к истории о мнимом брате отнёсся с недоверием, и честно говоря, не поверил — ни единому слову.
— Дела у меня, Вань. Занят я по самое не горюй, — выпроваживал гостя Апрель
— Ну, жив, и, слава богу, — понял друга Иван, тем более, что дома ждала любимая Светка, жареная картошка, котлеты, сладкий компот из сухофруктов и круг в коридоре.
На прощание Иван всё-таки заглянул на кухню, не столько охотясь на еду, сколько выискивая следы пребывания какой-нибудь таинственной незнакомки. Початую бутылку вина или прикушенный ровными зубками шоколад, он не обнаружил, но вера, что без девичьего вмешательства не обошлось, жила в его фантазиях. «Не мог же он проспать двое суток?» — думал Иван, вкушая солёный орешек.
Апрель закрыл за другом дверь, подошёл к зеркалу.
Всё изменилось. Он окреп, будто прописался в спортклубе. Но Апрель никогда не посещал тренажёрные залы, не работал с гирями, штангами и металлическими блинами. Только гантели по восемь килограммов, только ускорение за мячом или бег по овалу стадиона, в том он мастер, а чтобы надрываться… это увольте…
Глядя в зеркало, Апрель видел себя совершенно другим. Он чувствовал напряжение и силу, готовую вырваться на свободу, как только представится возможность. А ещё зверски хотелось есть. В желудке протяжно посасывало, урчало и булькало. «Такое тело придётся кормить гораздо чаще», — осознал Апрель.
Он присел за стол, разложил кристаллы, которые не светились, не моргали и не искрили. Пришло время разобраться с полётом. Что же случилось в реальности? Возможно, это был только сон?
Внимательно разглядывая минералы, Апрель запоминал каждый штрих ровных граней и взвешивал все за и против. Смущал один факт: кристалл каким-то образом передал знания, о которых он почему-то забыл. Или всё-таки не забыл? Когда он находился в прошлом — то отчётливо осознавал, что даёт Фаро, и ощущал невероятный прилив энергии, но всё будто улетучилось.
Апрель встал, расставил волшебно окрепшие руки в стороны и, раскручивая кисти, попытался сосредоточиться, пробуждая спрятанные возможности.
Ничего не получалось. Он тратил время впустую и чувствовал себя глупо. Все эти телодвижения напоминали телевизионную гимнастику эпохи СССР. Не хватало только бравурной мелодии рояля и атлетичной гимнастки с каменной челюстью. Решив прекратить опыты над собой, Апрель плюхнулся на кровать.
Вопрос номер два: где он пропадал с воскресенья до среды? Может быть, потратив море энергии, он банально проспал двое суток или само путешествие заняло потерянное время?
Требовался глоток свежего воздуха. Нужно привести в равновесие душу и тело, тем более в желудке после двухдневного голодания продолжало бурлить, призывая хозяина, встать и немедленно накормить организм. Вместо космических карт с названиями звёзд и планет в голове была одна мысль о небольшом магазине, торгующем шашлыками, чебуреками и курами гриль. Поняв, что сейчас никакие тайны Вселенной не могут конкурировать с шаурмой, Апрель натянул штаны и свитер.