Максим Волжский – Гипотеза полезных душ (страница 22)

Не переставая, Рита излучала приветствие. Она повторяла заученные слова и совсем не желала импровизировать, потому что не в первый раз встречала на борту корабля, измождённых людей и знала, что в первую очередь интересует уставшего гостя.

Они поднялись на лифте, на несколько секций и очутились в столовой.

Суумман смотрел по сторонам и немало удивлялся. За длинными столами сидели сотни детей, тех самых детей, что издавали разноголосый шум. Кто-то совсем маленький, другие чуть старше, но все примерно одного возраста – пяти, шести или семи лет. Десяток малышей были негроидной расы. За отдельным столиком, рядом с преподавателями сидели три раскосых малютки.

Солдат отвлёкся лишь на секунду, потеряв из виду своего гида. Рита исчезла, оставив Сууммана посреди детского сада. Немного растерянно, он озирался по сторонам, пока не заметил женщину – уже немолодую, но всё ещё привлекательную.

Она одета подобно Суумману. Грязные, затёртые до дыр обноски прикрывали её тело. Запечённое солнцем лицо и напуганные глаза, сообщали, что женщина также, как и мужчина минутами ранее прибыла в космический город.

Солдат подошёл и негромко заговорил:

– Моё имя Суумман Фад. Меня перенёс на корабль телепорт. Мгновением назад я шёл по пустыне, а теперь здесь… с вами. Представляете, какая удача?

Женщина подняла печальные глаза. Солдат прочёл в них отчаянье и нечеловеческий страх. Она дрожала, словно сама ребёнок и еле сдерживала слёзы. Женщина поднялась, обняла мужчину, затем тихо, чтобы никто не услышал, сбивчиво шепнула на ухо:

– Я Каи. Меня зовут Каи Лари. Послушайте, Суумман. Это недобрый корабль – это наша могила, а не спасение.

Солдат сделал попытку освободиться от объятий странной женщины, но она ещё крепче прижалась к его груди, продолжая шептать.

– Не верьте никому, Суумман. Вас привела сюда девочка – меня мальчик. Он предупредил меня, что здесь нас выпотрошат, как курицу к обеду. Мне предложили еду, а в еде снотворное. Я уверена, что они хотят нас убить. Я не хочу, чтобы меня резали на части. Нельзя есть эту пищу! Нам надо вернуться на Тембру! Мальчик обещал, помочь. Мы втроём сбежим с корабля. Спасайтесь, Суумман; помогите себе, мальчику и мне. Пожалуйста. Я умоляю вас!

Солдат последней колонии слушал женщину, понимая, что нашёл тот город, тот штаб, откуда велись боевые действия против его народа – против его планеты. Здесь состоится его последний бой, и бежать из зоны решающего сражения Суумман Фад не собирался ни при каких обстоятельствах.

– Я помогу вам Каи, – ответил солдат, почувствовав взгляд, прожигающий спину.

Он обернулся.

Сзади стояла девочка Веда и шестилетний мальчик, который доставил Каи Лари на злосчастный корабль. Дети держались за руки. Веда напряжённо смотрела на солдата, а затем кивнула ему, будто отдала приказ.

Суумман распахнул плащ. Из внутреннего кармана вынул два стеклянных пузырька с мёртвой водой и резко взмахнул рукой. Пролетев несколько десятков метров, пузырьки встретились с преградой и раскололись вдребезги. Едкая слизь, словно пятна грязи, осталась тёмным пятном на стене после разбития стеклянных сосудов. Всего лишь щелчок секундной стрелки и бактерии, спящие много лет – проснулись.

Голодные микроорганизмы шипели, как маленькие змеи. Они пенились, жалили и размножались, расползаясь с огромной скоростью. Не встречая сопротивление, бактерии пожирали всё на своём пути. Микроскопическим захватчикам пришлась по вкусу обшивка огромного лайнера, его пол, столы и стулья. Не прошло и минуты, как тёмное пятно увеличилось в тысячи раз, с удовольствием уничтожая корабль.

Дети, обедающие в столовой, наблюдали, как неведомая сила поглощает их космический дом. Некто не плакал, не звал маму, встречая катастрофу так буднично, словно все малыши знали, что должно произойти сегодня. Некоторые из детей, не скрывая, радовались трагедии, возможно, не осознавая, что бактерии заготовили смерть и для них тоже.

Вдруг стало шумно. Сначала рухнула одна из стен, затем пронзительный сигнал тревоги взорвал просторную столовую. Сирена и голос из динамиков призывали детей эвакуироваться, а для Сууммана и маленькой девочки Веды вой тревоги звучал, как призыв продолжить войну.