Константин Калбанов – Шелест-3 (страница 14)

Наконец ливонцы забросали ров, и по получившемуся завалу. хлынул поток пехоты с лестницами наперевес. И когда только успели подтащить⁉ Их встретила нестройная фузейная пальба, грохот гранат, а так же грозный гулкий и протяжный орудийный рык.

Я никогда не слышал выстрела картечью. Как впрочем, и не наблюдал того, что она способна наворотить. Первые несколько рядов наступавших на узком участке, буквально выкосило. Человек тридцать, никак не меньше. Стограммовые чугунные шары отрывали руки и ноги, разносили в клочья головы, вырывали куски плоти из тел.

Но на место павших встали другие. Спотыкаясь о тела павших, оскальзываясь на их крови и вывалившихся внутренностях, они с маниакальным упорством пёрли вперёд неудержимой волной. В них стреляли в упор из фузей, и бросали гранаты, но те словно и не замечали это, прямо берсеркеры какие-то.

Я разрядил оба ствола ружья, пустил веером с одной руки пару «Воздушных клинков», без шанса промахнуться. Эти незаметны, а потому можно использовать без опаски. Следом отправил ослабленный «Огненный шар», эффект как от малокалиберного снаряда, но в такой плотной массе достал двоих. «Клинки» успели напитаться Силой, и вновь сразили двоих ливонцев. Пожалуй не стоит увлекаться, ведь предполагается, что у меня всего лишь второй ранг.

Перезарядил ружьё и двумя выстрелами свалил ещё троих. Одна из пуль пробила солдата на вылет, достав и другого. Затем отправил в штурмующих очередную связку из двух плетений «Клинков» и одного «Шара». После чего опять присел, перезаряжать ружьё, отметив ещё один тычок мне в голову.

Гранаты рвались часто и густо, и солдаты столпившиеся у узкого прохода несли ощутимые потери. К тому же под давлением сотен ног не скреплённые фашины начали разъезжаться. Впрочем, не сказать, что разваливающаяся переправа это результат только лишь большого количества атакующих. Мои скромные усилия так же чего-то стоили. Ну, а почему собственно говоря нет, если есть возможность использовать дар не привлекая внимание.

Вот только всё это не могло остановить атакующих, а из-за плотного огня противника ряды обороняющихся всё больше редеют. Я могу уйти, воспользовавшись порталом. Но бросать своих холопов, категорически не хотелось. Как нет желания оставлять и вот этих храбрецов. Да пошло оно всё! Пусть все знают!

Перезаряжая ружьё я сбросил ослабленные плетения и начал выводить в быстрый доступ другие. Огненный и ледяной «Шары», уже нормальной мощности, по три десятка «Стрел» тех же стихий, «Шкавал» и «Булаву». У меня даже кровь быстрее заструилась по жилам от ощущения собственной мощи и предстоящей схватки уже на новом уровне…

Глава 4

После недолгой заминки, Мария с удвоенным энтузиазмом начала переодеваться. Дуняша погибла на постоялом дворе, и личной служанки у неё не было. Поэтому вначале ей помогала Лиза, а там и прислуга поспела, которую направила матушка. Не то, чтобы великая княжна была избалована, просто женский наряд в одиночку не надеть. Один корсет чего стоит. Простолюдинки потому и носят со шнуровкой спереди, чтобы управляться самостоятельно.

— Ты в экипаже? — спросила Мария, когда с переодеванием было практически покончено.

— Д-да. Н-но, — нерешительно ответила Лиза, указывая рукой в направлении столовой, где их будет ожидать княгиня.

— Некогда, — решительно тряхнула головой Долгорукова.

Она подхватила юбки и поспешно зацокала каблучками в направлении выхода. Коридор, лестница, гостиная, вестибюль, парадное крыльцо, к которому незамедлительно подъехала стоявшая в сторонке лёгкая карета на мягком ходу. Ну не могла Лиза обделить себя любимую столь модным выездом.

— Антип, гони на Маросейку к дому боярыни Тульевой, — приказала Ярцева, прежде чем скрылась в карете.

Сидевший на облучке Угол утвердительно кивнул, Илья сложил ступеньки, и закрыв дверь взлетел наверх, устроившись рядом с кучером. Хлёстко стеганула плеть и не успевшие застояться лошади сорвались с места, быстро набирая скорость. Вообще-то, подобное в столице не приветствуется, и за лихачество может прилететь по холке. Но тут такое дело, что риск попасть под горячую руку градоначальника, того стоил.