Константин Калбанов – Реформатор (страница 99)

Попрощавшись с ним, Ирина укатила во дворец прямо на новой коляске. Еще бы она не воспользовалась новой игрушкой! Не забыла прихватить с собой чертежи и картины Михаила. Похоже, решила ковать железо, пока оно горячо.

Жаль, конечно, что секрет этот он передал бесплатно. Но тут ведь, по сути, нет ничего сложного. Все давно известно. Нужна только сформировавшаяся идея. Год. Много два, и конструкция экипажей на мягком ходу достигнет Константинополя. У него просто не получится удержать это в тайне. После чего разойдется по миру. Тут и слыхом не слыхивали об авторских правах. Сложного ведь ничего нет.

А так для Михаила несомненная польза. Как говорится — дорога ложка к обеду. Что же до выгоды, он свое уже взял, обеспечив себе лояльность императора, в чем теперь не было сомнений.

Распрощавшись с Ириной, Михаил направился в венецианский квартал. Для достижения поставленных перед собой целей ему без драки не обойтись никак. Но если с сельджуками и арабами договориться миром не было никакой возможности, то с венецианцами таковая имелась. Разумеется, если они прислушаются к голосу разума. Опять же договориться всегда дешевле получается. Да и риску меньше.

— Бог мой, Михаил, как ты возмужал! Если бы мне не доложили, кто именно желает меня видеть, то я тебя не узнал бы, — делая приглашающий жест в сторону стула с высокой, вычурной и неудобной спинкой, произнес вошедший в гостиную купец. Подошел к столу, взялся за кувшин, в котором явно была не вода, и вопросительно посмотрел на гостя.

— Столового, — кивая, уточнил Михаил.

— Как скажешь, — берясь за другой кувшин, произнес хозяин дома.

— Зато ты ничуть не изменился, сеньор Кавальканти. Все так же бодр и крепок. Признаться, я ожидал, что за прошедшие годы ты раздобреешь. Н-но-о, ты меня удивил.

— Я вообще люблю удивлять, — ставя перед ним начищенный до зеркального блеска серебряный кубок, ответил тот.

— Благодарю. — Михаил пригубил вино и одобрительно кивнул, отдавая должное качеству.

— Итак. Чем могу быть полезен? — поинтересовался купец.

— Ты ведь знаешь, что помимо товаров, которые я поставляю тебе для продажи на западе, я еще веду и торговлю в Константинополе.

— Разумеется, я это знаю.

— Значит, ведаешь и о том, что уже в прошлом году такая торговля потеряла всяческий смысл. Продажа же всего товара перекупщикам из венецианских купцов крайне невыгодна.

— Хочешь, чтобы предназначающееся для Константинополя я выкупал у тебя по завышенным ценам? Извини, но это невыгодно уже мне.

— Вообще-то выгодно. Но барыши конечно же не те. Но и мне так-то серьезно терять не хочется. Поэтому я хотел тебя просить ходатайствовать перед вашим Большим советом о моем номинальном вступлении в вашу торговую гильдию.

— Это невозможно, — с любезной улыбкой ответил купец и отпил вина.

— Венеция не будет диктовать мне условия, сеньор Кавальканти. Ваш дож под самым благовидным предлогом обвел вокруг пальца Алексея. Но со мной этот номер не пройдет. В этом году я вынужден продавать свои ткани по бросовым ценам. Но в следующем их у меня будет еще больше. И мне нужен константинопольский рынок сбыта. Я не хочу ссориться, поэтому предлагаю условие, которое всех устроит. Я даже готов делать полагающиеся отчисления в венецианскую казну.

— Ну, во-первых, я такие вопросы не решаю. А во-вторых, Большой совет на это не пойдет.

— Во-первых, сеньор Кавальканти, я всего лишь прошу, чтобы ты донес мои слова Большому совету. А во-вторых, я даю Венеции ровно два месяца. Если по истечении этого срока не будет положительного ответа, я объявлю вам войну.

— Ты это серьезно, Михаил? — усмехнувшись, поинтересовался купец.

— Через месяц ты уже будешь знать, насколько я серьезен. И у тебя будет еще один, чтобы убедить совет пойти на мои условия. В конце концов, ваша казна ничего не потеряет.

— Но захотят ли другие купцы видеть здесь конкурентов, — слегка разведя руками, произнес венецианец.

— А вот это меня уже не волнует.

— Уверен, что можешь себе позволить разговаривать со мной в подобном тоне? — помрачнев, произнес купец.

— Не стоит воспринимать это на личный счет. Уж тебе-то я не конкурент точно. Свой перечень товара ты будешь получать по-прежнему. А возникнет надобность, так я могу и нарастить производство.