Константин Калбанов – Порубежник (страница 91)
– И что с того? Поди, без крова над головой не останемся.
– Это если повезет не повстречаться с купеческим караваном. А как случится такой, то, глядишь, и яблоку негде будет упасть.
– Не встанем на постоялом дворе, доедем до башни, а надо будет, так и до следующей, – пожала плечами она, мол, не мешай наслаждаться моментом.
По предложению Михаила семафорная линия была устроена таким образом, что башни ставились вдоль торговых трактов. Как следствие, у сигнальщиков появлялся некий приработок. Они могли принять на постой нескольких путников или купца, караван которого состоял из пары повозок. Более широко служилым развернуться не позволяли.
Но главное, на конюшнях при башнях можно было содержать казенных лошадей – эдакий прообраз почтовых станций. Не все ведь послания можно доверить коду…
Начало февраля не лучшее время для путешествия. Но Михаил не мог откладывать его на более благоприятное время. Буквально десять дней назад ему стало известно о местонахождении Данилы, некогда предавшего Петра и сдавшего Пограничный. Тот и впрямь перебрался на север, только не в Новгородские земли, а в полоцкие княжества. Его возвели в бояре и одарили вотчиной. Нормальное решение, учитывая неспокойный нрав рода Полоцких. Их Мономаху удалось приструнить последними.
Старый князь Всеслав Брячиславич даже пытался создать свое надельное войско, чтобы противостоять Владимиру. Пришлось Михаилу его укоротить. Бог весть сколько он еще прожил бы, но Романов решил ускорить смерть этого неуемного, умного и опасного противника.
По завещанию Всеслава сыновья разделили княжество на шесть уделов. И, как это часто бывает, каждый считал, что умеет править не в пример лучше братьев. Хотя в общем и целом жили они дружно. И, к слову, рассорить их так и не удалось. Но и создать сильное надельное войско они не смогли. Армия же Мономаха перемолола их дружины как жернова зерно.
Но Полоцкие оставались опасными противниками, готовыми взбунтоваться в любой момент. Недаром же Петр Романов решил снестись с ними прежде, чем начать открытое противостояние с великим князем. Так что отправка в этот регион такого лиса, как Данила, была вполне оправданной.
Хотя скорее все же паука. К гадалке не ходить, он опутал все княжества своей паутиной и знает о каждом чихе своих подопечных. В этой связи нет ничего удивительного в том, что бывший князь Черниговский Изяслав Владимирович, а ныне монах Филарет, сделал ставку не на Полоцких, а на князей с западных рубежей Руси…
Часа в четыре пополудни добрались до большого постоялого двора неподалеку от достаточно крепкой слободы. Ну или городка. Вот только слова Михаила оказались пророческими. За крепкой оградой находилось не менее полутора десятков повозок. Ну и народу предостаточно. Становиться тут на ночлег особого желания не возникло. Уж больно тесно будет.
Проще добежать до очередной башни, Михаил точно помнил ее местоположение. Тут всего-то осталось километров пять. Вот язык очередного леса пересекут, и сразу за ним она и стоит. Если забраться на крышу двухэтажного дома, что во дворе, то как раз можно будет ее рассмотреть.
Встав во все еще распахнутых воротах, Михаил снял треух, утер пот на лбу. Переглянулся с Ксенией и кивнул обратно на большак. Мол, нечего тут делать. Они продолжили путь и через полчаса неспешной езды были на месте.
Подворье небольшое, но предусмотрено все необходимое. Внутри могут свободно разъехаться четыре повозки. Конюшня просторная, с денниками под дюжину лошадей. Казенные стоят в дальнем углу, остальные рассчитаны под путников. Вход в башню с отдельного двора, где проживает и обслуга. Дань безопасности.
Пока Ксения договаривалась о ночлеге и еде, Михаил занялся лошадьми. Живой транспорт требует тщательного и постоянного ухода. Запустишь, а там не успеешь оглянуться, как проблемы пошли косяком.
Покончив с делами на конюшне, направился в дом. Ничего особенного. Обычный одноэтажный сруб с небольшими оконцами, затянутыми бычьим пузырем. Внутри два больших стола с лавками, вдоль стены двухъярусные лежаки на десяток человек. Так себе условия. Но и стараться особо тут никто не будет. Есть крыша над головой, очаг, место, куда кости бросить, вот и ладно.