Константин Калбанов – Неприкаянный 2 (страница 43)
Могу ли я изменить ситуацию? Да, могу. Вот ей, ей, могу. Парочка моих трёхдюймовых миномётов, да китайские кули в качестве переносчиков боеприпасов. А можно использовать вот этот стодвадцатимиллиметровый, войти в бухту Лунвантань и накидать по наступающим словно морским калибром. И я ни я буду, если в обоих случаях не раскатаю штурмующих гору самураев под орех. Причём не позволю занять и соседнюю.
Вот только я ничего делать не стану. Вместо этого я занял позицию в шести верстах от порта Дальний и готовлюсь начать бомбардировку японской базы. Почему? Да потому что я достаточно предоставил командованию как сведений так и средств. Не входит в мои планы подтирать их зады и делать всё за них. А тыкать пальцем не получится, не станут меня слушать их превосходительства…
Я глянул на предварительно выбранный ориентир, оценил положение катера, осмотрел состояние прицела, прикинул условия. Вообще-то не помешала бы корректировка. Ведь нас от Дальнего отделяет горушка, способная повлиять и на направление ветра. Но чего нет, того нет, а потому придётся вести огонь ориентируясь только на расчёты.
– Ну что братцы, готовы?
Вытянувшиеся в цепочку матросы ничего мне не ответили. Да и о чём говорить, если каждый из них уже держит в руках по мине, в готовности передавать их дальше, обеспечивая беспрерывную стрельбу. Я потянулся и принял от Ложкина оперённый снаряд.
Будь мы на земле, и я доверил бы непосредственное исполнение комендору, а кондуктора приставил бы к прицелу. Но мы на палубе катера, который, несмотря на его изрядную массу в девятнадцать тонн никак не назвать устойчивой позицией. Попади при стрельбе в резонанс и его раскачает настолько, что мины разбросает по всему городу. У меня же, как ни у кого другого получится гасить качку. Понятно, что даже в этом случае точность значительно уступит таковой на земле, но как я надеюсь всё же во вполне приемлемых пределах.
Гулко бумкнуло. Из ствола выметнулось огненное облако, на мгновение осветившее палубу и матросов, передающих по цепочке очередные мины. Я даже сумел рассмотреть во вспышке каплевидный снаряд, устремившийся к цели. Подхватил очередную мину, сунул её в ствол и на этот раз пригнулся, чтобы не ослепило. Хватило зайчиком и от первого выстрела.
В привычных мне условиях мы производили не больше пяти выстрелов, после чего либо меняли позицию, либо маскировали миномёт и спешили в укрытие. Так как получение ответки это не вопрос будет ли она вообще, а через сколько она прилетит. Здесь и сейчас нам опасаться нечего. Если только не подберётся кто на вспышки по воде. Но для этого противник должен находиться от нас на близком расстоянии. Да и не решатся самураи переть буром, из-за обилия в заливе мин.
Поэтому действовал я споро, но без излишней поспешности и суеты. Десяток выстрелов, корректировка прицела и следующая серия. В таком режиме забросили всю имеющуюся сотню, уложившись в несколько минут. После чего поспешили ретироваться. Когда «ноль второй» пришёл в движение, вдали всё ещё доносилась канонада от последней серии.
Вот и славно. Что у нас из этого получилось, узнаем после. А сейчас пора сваливать, от греха подальше. Не исключаю, что нас обнаружили по вспышкам и к нам уже на всех парах несётся пара миноносцев. После Чифу в одиночку наш катер зажать не пытались.
Глава 11
Эссен опять озадачен
«Ноль второй» легко встал на крыло и понёсся над водной гладью быстро набирая ход. Потеря сотни пудов веса на скорости сказалась самым положительным образом и мы неслись над водной гладью летнего моря. Пока не вышли за пределы японского охранения держали максимальную скорость, но как только опасная зона осталась позади, снизили её до крейсерских двадцати четырёх.
Едва встали на крыло, как я поднялся в небо на парашюте. Нужно же посмотреть, чего мы там наворотили. И увиденное мне понравилось. Город особо не рассмотреть даже с помощью мощного бинокля, однако невозможно не увидеть четыре серьёзных пожара. И это хорошо. Хотя то обстоятельство, что с борта катера разброс мин оказался слишком уж большим, уже не радует.