Константин Калбанов – Неприкаянный 2 (страница 42)

Хотя-а-а. В известной мне истории с точками наблюдения конечно имелись определённые сложности. И хотя обе стороны использовали аэростаты, связано это было с целым рядом сложностей. В частности, дорогим способом получения водорода химическим способом, для чего требовалось большое количество кислоты. Впрочем, самураи-то как раз худо бедно с этим справлялись.

Так вот, здесь и сейчас у нас, в отличии от японцев, с этим проблем не было, потому что я использовал метод электролиза. Поначалу только для своего шара, а потом к делу подключился лейтенант Лавров, командовавший в Артуре командой воздухоплавателей. Правда его команду закинули на крейсер Дмитрий Донской, который так и не дошёл до Дальнего востока. Воздухоплавательный парк загрузили на пароход «Маньчжурия», благополучно захваченный японцами. Сам он прибыл в крепость по железной дороге гол как сокол.

Все попытки морского офицера добиться хоть чего-нибудь не увенчались успехом. Тем больше его снедала обида из-за моих успехов. Правда, он поумерил свои претензии когда узнал, что я решаю эти вопросы сугубо за свой счёт и своими силами. Так, если ему выделили целых семьдесят матросов и помещение, то мне приходилось обходиться швеями, которым я платил за работу звонкой монетой.

Как бы то ни было, но мы поладили. Я помог ему с наладкой электростанции на паровой тяге, а так же с изготовлением водородного генератора. А там, вскоре появился и ещё один аэростат, сшитый из разноцветного шёлка и названный Лавровым создателем «Попугаем». И надо сказать, свою несомненную роль в боевых действиях эти два шара играли. Хотя и не обошлось без недостатков, потому что сколь-нибудь крепкий ветер ставил крест на их использовании. Та же песня с дождями и захват высот остаётся в приоритете.

Поэтому японцы откровенно боятся такого развития событий, а наши словно и не понимают этого. Я указал на данное обстоятельство Эссену, который уже достаточно серьёзно воспринимал мои слова, и переговорил с Кондратенко. Роман Исидорович согласился с этими доводами и попытался договориться с Фоком, а там и со Стесселем, чтобы гору заняли части седьмой дивизии. Однако не преуспел. Мало того, ещё сильнее рассорился с самолюбивым Фоком, Впрочем, следовало ли ожидать иного, намереваясь его подвинуть.

Девятого июня генерал Ноги провёл разведку боем позиций на горе Хуинсан силами одного батальона. Одиннадцатого, то есть позавчера, навалился уже всерьёз, но штурм отбили наличными силами. Фок не придал значения данному обстоятельству, и даже когда к нему обратился Кондратенко, не предпринял ровным счётом ничего. А может потому что это был именно Роман Исидорович. Впрочем, какую бы неприязнь он не испытывал к нему, тупость это не отменяет.

Сегодня утром самураи снова пойдут на штурм. Но на этот раз не в лоб, а для начала захватят соседнюю гору. Она уступает по высоте, но позволяет занять более выгодную позицию, установить горные пушки и ударить во фланг. Собьют к Бениной маме русские орудия и устроят защитникам сладкую жизнь, в результате чего те отступят.

А уж как Фок отреагирует на случившееся, так это просто песня. Он опять отдаст приказ на отступление, и начнёт откатываться к Волчьим горам, хотя японцы и не подумают развивать наступление. Да у них для этого и сил-то пока не было. Генерал Ноги сам усилено закапывался в землю опасаясь контрнаступления русских, которые пока ещё превосходили его численно. Его задача обезопасить порт Дальний и склады с припасами. Её-то он и решал.

Ну не думал он о том, что Фок спит и видит, как бы сорваться и убежать к Артуру. Продолжи он наступление и не случилось бы месячного стояния на Зелёных горах. Глядишь и на Волчьих не задержался бы, сразу подступившись к тесной осаде крепости. А в результате недогадливости Ноги у Александра Васильевича опять фальстарт случился.

Кондратенко не только настоит на остановке этого бегства, а ничем иным такое отступление не может быть по определению. Но и выпросит у Стесселя позволение попытаться отбить гору Хуинсан своими силами. Потеряет при этом порядка семисот человек, так и не добившись успеха. После чего фронт вновь замрёт на целый месяц.