Константин Калбанов – Неприкаянный 2 (страница 45)
Так вот, за прошедший месяц я уже дважды побывал в Чифу и однажды попал на игру организованную господином Ваном. Ну и разок скатался в Циндао, где отметился-таки в казино. Причём сорвал солидный куш, который не пришлось делить с представителем триады. Впрочем, справедливости ради, выигрыш вышел поскромнее.
С дугой стороны, это всего лишь одна поездка и нет нужды что-то подгадывать специально. Оказывается Циндао и его окрестности были довольно популярным местом отдыха и изобиловали пансионами, виллами и курортами. Вот уж никогда бы не подумал, и тем не менее, это факт. Так что, состоятельных господ готовых тряхнуть бумажником там хватало. К тому же, курортный сезон как раз в самом разгаре.
– Господин капитан первого ранга, мичман Кошелев…
– Полноте, Олег Николаевич, – остановил мой официальный доклад Эссен. – Присаживайтесь. Чаю выпьете?
– Не откажусь, Николай Оттович, – опускаясь на стул, ответил я.
Хозяин каюты деловито наполнил чашку из самовара, и поставил её передо мной. Зная о моей любви к выпечке, подвинул корзинку с ватрушками. Ну и сам отхлебнул из своей чашки. Время завтрака давно миновало, и несмотря на морской переход, мы так же успели принять пищу на борту катера. Это же, всего лишь перекус. Как я люблю говорить, не ради сытости, а настроения для. Вкусно же.
– Как всё прошло? – поинтересовался каперанг.
– Превосходно. Отстреляли сотню мин, затем я поднялся на парашюте и оценил результат. Ночью видно плохо, но не заметить четыре крупных пожара довольно сложно.
– Похоже, вы опять создали отличное оружие.
– Не буду скромничать, так оно и есть. Причём на этот раз достаточно дальнобойное и не только по сегодняшним меркам. Это оружие минимум на сотню лет.
– Настолько уверены?
– Более чем. Я знаю это.
– Поступили сведения, что японцы всерьёз навалились на позиции горы Хуинсан. В наступлении задействована чуть не дивизия пехоты. Подтянули для поддержки миноносцы. Лощинский вроде как выдвигается против них с силами подвижной береговой обороны, – сменил тему Эссен.
– Так и есть. Я был на докладе у его превосходительства, когда он отдавал этот приказ. Сам намерен выйти в бухту Тахе на «Выносливом».
– Ну, положим вы знали об этом ещё неделю назад, о чём мне и сообщили. Учитывая же ваши предположения о том же бое у Цзиньчжоу, я склонен верить тому, что горушку эту мы японцам уступим. Умоемся кровью в попытках вернуть, и не добьёмся успеха.
– Это всего лишь навсего анализ имеющихся сведений и не более того. Я ведь вам говорил, что гора Хуинсан имеет стратегическое положение, – проглотив очередной кусок ватрушки, произнёс я.
– Но с чего вы взяли, что всё пойдёт наперекосяк и в этот раз? Не удержался от вопроса Эссен.
– А разве может быть иначе, когда личные амбиции, ревность и зависть стоят на первом месте. Полагаю, что Кондратенко попытался убедить Фока в необходимости укрепления обороны, но не преуспел в этом. Белый предложил выдвинуть миномётную батарею, и был послан самым вежливым образом. Потому что посылать его в грубой форме, чревато, казак такое не спустит.
– Так и было, – недовольно поморщился Эссен.
– И коль скоро ничего не изменилось, то гора Хуинсан будет взята японцами. Согласие достигнуто так и не будет, и в результате потери господствующей высоты, нашим придётся отступить с занимаемых позиций. Роман Исидорович наверняка с этим не согласится, и попытается контратаковать, Александр Викторович станет вставлять ему палки в колёса и в результате всё обернётся напрасно пролитой кровью русского солдата.
– Говорите так, Олег Николаевич, будто точно знаете как этого можно избежать, – заметил Эссен.
– И вы знаете, Николай Оттович. Однако, тут есть несколько нюансов. Полагаю, что ни пограничников, ни меня с миномётами Фок не допустил бы на свои позиции, как открестился и от генерала Белого. В таком случае остаётся бухта Лунвантань и мой новый стодвадцатимиллиметровый миномёт. Используй я его высадившись на берег, и уверен, что высоты удалось бы отстоять.
– И что вас останавливает?
– Я израсходовал весь боезапас прошлой ночью при бомбардировке Дальнего.