Константин Калбанов – Наперекор старухе (страница 94)

— Право полградуса.

— Есть право полградуса, — отрепетовал рулевой.

— Так держать, — через некоторое время вновь отдал я команду.

— Есть так держать.

— А вот это попадание, господа. — Я вновь уступил место офицерам.

— Откуда такая уверенность, — усомнился Белкин.

— Нам придётся поверить Олегу Николаевичу на слово. Его опыт и богатая практика в том порукой. Так что делаем выводы на будущее, господа. И идём дальше…

После Сангарского пролива до Токийского залива мы шли ещё трое суток, и всякий раз встречая суда, в том числе и рыболовецкие шхуны, отрабатывали торпедные атаки. С рыбаками, конечно, существовала опасность намотать на винты сети, но как по мне, то риск того стоил. Опять же, достаточно ведь не приближаться ближе, чем на пару кабельтовых.

На цель вышли тёмной безлунной ночью, имея все шансы остаться незамеченными. Хорошо хоть, с ориентированием проблем никаких. Маяки тут работали исправно, и мы уверенно двигались в надводном положении.

Выставив мины, сбросили балласт и, облегчившись, поспешили на выход. Я не собирался атаковать вблизи от японской столицы, чтобы подрыв какого нейтрала не выдали за нападение подводной лодки. Вот уж чего не хотелось, так это неприятностей на ровном месте. Поэтому мы двинулись на юго-запад и шли в надводном положении, всю ночь выдерживая экономичный восьмиузловый ход…

— Ваш бродь, дым право двадцать, — около десяти часов утра доложил Казарцев.

— Курс двести шестьдесят, — сняв трубку, приказал я рулевому.

Примерно через час стало понятно, что это японский торговец. Решил наплевать на досмотр, а то мало ли что там за груз, с существующими правилами, утверждёнными царём, можно и пролететь. А так, торпедировали вражеское судно, и всех дел.

Выведя «Скат» на оптимальный курс сближения, я приказал погрузиться, после чего уступил место у перископа Плотто. У меня, конечно, получится лучше, но много ли я навоюю один. Даже если он промажет, это упадёт в его копилку опыта. Не потопи мы за весь поход ни одного судна, толк из этого выйдет однозначно.

Мы ведь не просто прём по прямой. Помимо учебных атак многократно отработали погружение и всплытие. Учения по борьбе за живучесть корабля так же не пройдут даром. Потому как обучение складывается из многократных повторений и постепенного усложнения задач. Вот мы и имитируем различные чрезвычайные ситуации от неисправностей до пожаров и подводки пластырей к пробоинам.

— Лодка на атакующем курсе, — наконец сообщил Плотто.

Я привычно оттеснил его, проверив точность наведения, после чего отошёл в сторону, предоставляя действовать по своему усмотрению.

— Первый и третий аппараты товьсь, — вновь приникнув к окулярам, приказал лейтенант.

— Первый и третий аппараты к пуску готовы.

— Первый аппарат. Пуск!..

Торпеды ушли к цели, а мы замерли, впившись в циферблаты часов. В смысле я-то как раз никуда не пялился, без труда ведя мысленный отсчёт времени. Первая торпеда попала в цель, вторая то ли утонула, то ли прошла мимо. Увы, но возможны оба этих варианта. Надёжность самодвижущихся мин далека от совершенства, и эти рыбки тонут с завидным постоянством.

— Поздравляю, Александр Владимирович, с первой победой, — зафиксировав на плёнку момент гибели парохода, обратился я к Плотто.

— Да какая это победа. Не военный ведь корабль, — отмахнулся мой начальник.

— Вы не правы, Александр Владимирович. Каждый потопленный транспорт это существенный шаг к победе. Если бы вокруг Японии несли боевое дежурство хотя бы наши четыре подводные лодки, это сказалось бы на её экономике самым радикальным образом…

Мы шли вдоль берегов Японии ещё трое с половиной суток и за это время успели встретить восемь пароходов. Трёх нейтралов после досмотра мы отпустили. Уже после первого случая господа офицеры возмущались моим подходом и настаивали на необходимости топить суда. Ведь понятно же, что более высокая стоимость товаров, не являющихся контрабандой, по отношению к таковой на борту это всего лишь уловка. Но я нарушать правила, утверждённые императором, не собирался. Вот выйдут на своих лодках, пусть поступают, как пожелают.