Константин Калбанов – Наперекор старухе (страница 54)
Ничего удивительного. Сегодня пусть и холодно настолько, что солнце не особо спасает ситуацию, и в тени однозначно не меньше пары градусов мороза, зато ясно. Воздух чистый, звонкий и прозрачный, видимость, как говорится, миллион на миллион. Вот и корректирует огонь висящий в воздухе воздушный шар. У японцев, может, и есть проблемы с водородом, но похоже, не настолько, чтобы совсем не наскрести для корректировки обстрела.
Я не дурак соваться сейчас на внутренний рейд, поэтому наблюдаю за происходящим с внешнего. Помочь ведь всё равно ничем не смогу. По моим прикидкам, работают порядка четырёх шестидюймовок и восьми одиннадцати.
И когда они успели оборудовать для них позиции? Может, и впрямь установили на усиленные железнодорожные платформы. Вообще-то, ничего невозможного, правда, и они должны стрелять вдоль полотна, имея незначительный сектор. Это, конечно, серьёзно ограничивает возможности мортир, но с другой стороны, уж на прокладку-то дополнительных веток железной дороги у них время было.
Обстрел продолжался часа два. Корабли были вынуждены рассредоточиться. Количество попаданий мортир уменьшилось, зато «Полтава» и «Ретвизан» подставились под обстрел морских пушек, тут же получив по одному попаданию. На последнем ещё и пожар начался. Весело, что тут ещё сказать.
Вскоре морские орудия перенесли огонь на Тигровый. Куда именно они били, непонятно, но я явственно слышал разрывы на обратном скате возвышенности полуострова. При этом под ложечкой невольно засосало. Что-то мне подсказывает, что бьют японцы не по Невским мастерским. И Родионов, находившийся на палубе у носового люка, заметно заволновался. Там ведь его закуток-«киностудия» со всеми материалами и оборудованием.
Наконец обстрел завершился, и мы вошли в гавань. Едва миновали Тигровый хвост, как я вскинул бинокль, рассматривая территорию мастерских Горского. Ну что сказать, мои предположения оказались верными, японцы и впрямь бомбардировали именно их. Мортирам туда не дотянуться, что ни говори, это лишняя пара вёрст, а вот морские орудия очень даже отметились.
В поле моего зрения я насчитал одиннадцать воронок. Скорее всего есть ещё, однако никаких видимых разрушений не наблюдается. И это радует. Кстати, нужно озаботиться складом для пороха. Быть может, попроситься на постой в пороховой погреб к артиллеристам шестой или седьмой батареи. Не то прилетит привет от японцев, а три тонны ружейного пороха это куда как серьёзно. Рванёт так, что мало не покажется.
Пожалуй, имеет смысл сходить на приём к генералу Белому. Да и с Кондратенко встретиться не помешает. Динамит и патроны скорее по его части. Взрывчатка для изготовления противопехотных мин, патроны пограничникам. Я слышал, что у них с ручными пулемётами совсем швах. Горский, конечно, производит часть боеприпасов, но маузеровских гильз удаётся сохранить не так уж и много. Так что боекомплект мадсенов едва ли составляет по полторы сотни на ствол. Ружья и картечные патроны соответственно для штурмовиков.
— Пётр Ильич, организуйте, пожалуйста, разгрузку лодки, — приказал я штурману.
— Есть, — коротко ответил тот.
— Андрей Степанович, отправь Казарцева отыскать подполковника Бутусова, пусть передаст ему о том, сколько мы привезли всего для его пограничников, и что часа через три будем на артиллерийской пристани.
— Слушаюсь, ваше благородие, — отозвался боцман.
Раздав указания, я по мосткам направился на берег, всматриваясь в здания на предмет повреждений, которые мог бы не заметить в бинокль. Но, по счастью, в наличии лишь воронки. Не вижу и следов крови, как не наблюдается и излишняя суета. Получается, обстрел прошёл без последствий, что не может не радовать.
— С возвращением, Олег Николаевич, — встретил меня Горский, стоило мне ступить на твёрдую землю.
— Спасибо, Аркадий Петрович. А у вас, я гляжу, обошлось без последствий, только воронки засыпать.
— Спасибо вашей предусмотрительности. Мы, как только первый снаряд в воздухе завыл, объявили тревогу и погнали всех рабочих к ближайшим щелям. Ну и дымогенераторы активировали. Тут всё дымом заволокло, так что кидали самураи снаряды вслепую. Только сдаётся мне, это первая бомбардировка, но не последняя. Теперь житья не дадут.