Константин Калбанов – Мичман с «Варяга» (страница 81)

В оружейной лавке всё прошло как по маслу. Я выкупил все картечные патроны, закупил шесть браунингов, больше попросту не было. Ничего, после ещё прикуплю. Приобрёл патроны, запасные магазины и кобуры, чтобы переделать их для скрытого ношения.

Вообще-то, всё то же самое можно купить и в оружейной лавке Артура, благо она продолжала работать. Разве только с началом войны покупать там могли только офицеры. По идее, это должно было уменьшить оборот оружия, но ничуть не бывало. Находились различные варианты. К примеру, водку нижним чинам продавать запрещалось, так в качестве поощрения офицеры сами её им покупали. Та же ситуация и с оружием.

Вот только я не видел смысла переплачивать, если у меня не горит. Как оказалось, цены в Артуре были куда выше, чем в Чифу, а с началом войны выросли ещё больше.

К слову, после вот этой покупки в моём распоряжении оставалось всего лишь семьсот рублей. Не меньше пяти сотен я стрясу с Эмильена. Очерк с фотографиями того стоит. Как и описание маленького, быстрого и злого катера.

Плевать на секретность. Это я использую готовые решения. Остальным же, даже зная, что подобное возможно, быстро результат не получить. А там ещё и частые поломки начнутся, причём ни разу не шуточные. Словом, будет над чем поломать голову. Но как сенсация, да ещё и успешное применение в бою, получится очень даже занимательно.

Посетить бы знакомый домик господина Вана, но мне там не рады. Сегодня ночью сыграю с постояльцами гостиницы. Там имеется карточная. На купный банк рассчитывать не приходится, всё же это не игорное заведение, и ставки тут небольшие. Но полагаю, что до тысячи рублей вытянуть получится. А завтра уйдём в Циндао, где имеется самое настоящее казино. И уж там-то я сумею поднять вполне солидно.

Казарцева я отправил на катер, едва дойдя до гостиницы, не забыв передать ему соответствующие распоряжения для Харьковского. Снял номер и с удовольствием помылся в ванной. Денёк выдался напряжённым, и я успел хорошенько так взопреть. Переоделся в гражданское, грязное отдал в стирку, наказав, чтобы к семи утра всё было готово. После чего спустился в ресторан.

Форже задерживался. Да оно и понятно. Мало проявить, нужно ещё дать просохнуть в начале негативам, а там и фотографиям. Но я и не спешил. Для посиделок за карточным столом пока ещё рано, а кухня тут по-прежнему на высоте. Вот я и наслаждался.

— Здравствуйте, господин Кошелев.

Я поднял взгляд на подошедшего и искренне удивился. Это был владелец игорного дома Ван Сяоли. Мне казалось, что в прошлый раз мы разъяснили все вопросы и разошлись краями. Или ему от меня что-то понадобилось?

— Здравствуйте, господин Ван. Чем могу быть полезен? — указывая ему на стул напротив, спросил я.

— У меня к вам деловое предложение.

— Слушаю вас.

— Есть один господин, по праву считающий себя отличным игроком в покер. Он услышал о вас и непременно пожелал с вами сыграть.

— Иными словами, вы желаете устроить нам игру за определённый процент?

— Совершенно верно. Ничего сверх того, что я беру обычно.

— Авторитет заведения превыше всего?

— Именно.

— Увы, но я вынужден отказаться. От моих прошлых средств не осталось и следа. А подобная игра потребует серьёзного капитала.

— Финансами я вас ссужу.

— Вы понимаете, что я не шулер и могу проиграть?

— Я сознаю риски, но верю в вас.

— И на какую долю вы рассчитываете?

— Я нашёл клиента, организовываю игру и гарантирую честный расчёт, ссуживаю вас деньгами. Полагаю, что семьдесят на тридцать будет справедливой ценой.

— Семьдесят мне?

— Хорошая шутка.

— Это не шутка, господин Ван, а справедливая цена за ваши услуги. То, что причитается заведению за предоставление площадки, разумеется, по отдельной строке.

— Так не пойдёт, — покачал он головой.

— Давайте я объясню. У меня есть чуть больше тысячи рублей. То есть столько же, сколько имелось, когда я переступил порог вашего дома. Завтра вечером я уже буду в Циндао, где за ночь смогу выиграть порядка тридцати тысяч рублей. Полагаю, что выигрыш здесь не превысит сотни, а на выходе я получу то же самое, затратив те же усилия. И в чём тогда смысл?