Ким Чжун – Облачный сон девяти (страница 65)

– Вы чем-то опечалены… Смею ли я спросить о причине?

– Я не стану таить от вас боль своего сердца, – ответил с благодарностью министр. – Когда-то я был принят в доме наместника Чона и познакомился там с его дочерью. Голосом и обликом она очень похожа на вас, ваше высочество! Глаза мои и сейчас еще видят ее, душа моя стремится к ней! Простите за откровенность…

На щеках принцессы вспыхнул румянец, она поспешно поднялась и вышла из комнаты. Прошло немало времени, а она все не возвращалась. Министр послал за ней служанок, но и те как в воду канули. Тогда принцесса Нан Ян сказала:

– Моя сестра пользуется благосклонностью государыни и поэтому, не в пример мне, часто дает волю своему необузданному нраву. Вы сравнили ее с госпожой Чон, а ей, видимо, это пришлось не по душе.

Со Ю стал оправдываться:

– Просто вино затуманило мне голову, и я сболтнул лишнее. Когда принцесса вернется, я попрошу госпожу Чин успокоить ее.

Вскоре вошла Чин Чхэ Бон.

– Ну, что говорит принцесса? – обратился к ней министр.

– Принцесса очень гневается, – ответила Чхэ Бон, – и многое говорит, но я не смею повторить этого.

– Речи принцессы не имеют к тебе никакого отношения, ты можешь быть спокойна, но я должен знать, что она говорила!

– Она говорила вот что: «Пусть я нехороша, но я любимая дочь государыни; пусть госпожа Чон достойна похвал, все же она незнатного рода! Говорят: „Сгибать спину перед лошадью“. Это не значит уважать лошадь, это значит – уважать седока! Министр сравнивает меня с дочерью наместника Чона, но он забывает, что эта плебейка не ведает приличий, чрезмерно гордится собой, спорит о музыке – словом, ведет себя несносно. Не сумев выйти замуж, эта неженка заболела с горя и распрощалась со своей молодостью!

Говорят, давным-давно Цю-ху из удела Лу заигрывал с девушкой, собиравшей тутовые ягоды; девушка не снесла оскорбления и бросилась в реку. Вот и меня сегодня опозорил министр – разве могу я теперь относиться к нему хорошо?! Вы же сами слышали: он до сих пор видит перед собой лицо этой девушки, слышит ее голос. Это напоминает мне случай с дочерью Чжао и Цзя. Я решила с сегодняшнего дня стать затворницей и не показываться никому на глаза. Пусть министр милуется с моей сестрой Нан Ян – она кроткая, она не такая, как я!»

Ян Со Ю был возмущен:

– Есть ли еще в мире такая обидчивая женщина, как принцесса Ён Ян?! Право, я начинаю понимать тех несчастных, которые носят титул зятя императора. – Он повернулся к принцессе Нан Ян. – Я мог бы объяснить свои отношения с дочерью наместника Чона, но принцесса Ён Ян и слушать ничего не хочет, она лишь обвиняет меня понапрасну. Ну, чего она обижается – ведь госпожа Чон умерла!

– Я пойду к ней и попробую объяснить ей все это, – сказала Нан Ян и вышла.

В комнатах уже зажгли свечи, а она все еще не возвращалась. Наконец она прислала служанку и передала через нее следующее:

– Я пробовала уговорить сестру, но ничего не вышло. Тогда я сказала, что не оставлю ее одну, буду делить с ней радость и горе до самой могилы. Я сказала, что мы будем всегда вместе и никогда не расстанемся. Я сделала свое дело, так что идите к госпоже Чин и спите спокойно.

Министр ужасно рассердился, но старался не показать этого. Пустая комната наводила на него тоску. Он взглянул на Чхэ Бон; она взяла свечу и проводила его в спальню. Там Чхэ Бон воскурила аромат в золотой курильнице, застелила шелковой простыней кровать из слоновой кости и сказала:

– Согласно этикету, вы не должны проводить ночь без жены, но принцессы куда-то пропали, так что вам придется спать одному. Спокойной ночи! – И с этими словами она тихо вышла.

Со Ю не удерживал ее, хотя ему очень не хотелось оставаться одному. Он разделся и лег в постель, но долго не мог заснуть – думы терзали его:

«Все они хитрят, что-то замышляют. Но я не стану ни о чем просить их! Ах, как хорошо было раньше, когда я жил в доме наместника Чона: днем пировал в беседке с Чон Сип Самом, а ночами, при свечах, пил вино с Чхун Ун! А теперь? Вот уже три дня, как я женат, а ночь приходится коротать в одиночестве!»

Ян поднял руку и раздвинул шелковые створки окна: в небе блестела Серебряная Река, двор был залит лунным светом. Со Ю оделся и вышел во двор подышать ночной прохладой. Проходя мимо комнаты Ён Ян, он взглянул на окно: в комнате горит светильник, просвечивая сквозь шелк. «Уже глубокая ночь, почему же она не спит? – подумал он. – Неужели она все еще сердится на меня?» Со Ю приблизился к окну, стараясь ступать бесшумно. Внезапно до него донеслись голоса принцесс, смех, стук игральных костей… Он осторожно заглянул в окно: перед принцессами сидит Чин Чхэ Бон и играет с какой-то женщиной в кости. Когда женщина повернулась, чтобы прибавить огня, он узнал в ней Чхун Ун, прибывшую во дворец ко дню свадьбы. Чхун Ун, конечно, не видела министра, притаившегося у окна. Ян Со Ю был удивлен, ибо не знал о приезде Чхун Ун.