Ким Чжун – Облачный сон девяти (страница 67)

– У вас жар, вы больны! Что же это могло с вами случиться за ночь?

Со Ю сделал вид, что очнулся от забытья, и открыл глаза.

– Странно: госпожа Чон мучила меня до самого утра. Что мне делать?

Когда Чхэ Бон попыталась выяснить, что он имеет в виду, Со Ю снова как бы впал в беспамятство, ничего не ответил и повернулся на другой бок. Чхэ Бон кликнула служанку и велела передать принцессам, чтобы они скорее шли к мужу, так как он серьезно заболел. Вскоре ей передали ответ принцессы Ён Ян:

– Еще вчера министр спокойно пил вино… Чем же он мог заболеть? Просто министр хочет видеть нас!

Чхэ Бон отправилась к императрице.

– Министр без сознания: смотрит на людей и не узнает их. Бредит о чем-то. Надо доложить его величеству и срочно позвать лекаря!

Императрица позвала принцесс и принялась выговаривать им:

– Вы пошутили с мужем чересчур жестоко, а когда он заболел, даже не навестили его – куда это годится? Немедленно ступайте к нему и справьтесь о его здоровье. Если министр болен серьезно, вызовите искусного лекаря, велите его осмотреть и вылечить!

Принцессы направились к спальне мужа и остановились у входа. Ён Ян послала вперед принцессу Нан Ян и Чин Чхэ Бон. Когда те вошли, то увидели, что министр ведет себя очень странно: размахивает руками, таращит глаза… Не отвечая на вопросы, словно не слыша их, он сдавленным голосом проговорил:

– Близок мой смертный час… Я хотел бы умереть вместе с принцессой Ён Ян, но как мне увидеть ее?

– Ой, что это вы говорите! – ужаснулась Нан Ян.

А министр продолжал печально:

– Минувшей ночью ко мне – то ли во сне, то ли наяву – явилась дочь наместника Чона и сердито спросила: «Почему вы расторгли наш брачный договор?» Она дала мне горсть жемчуга, а я взял этот жемчуг и проглотил его – это зловещее знамение! Я закрыл глаза, а дочь наместника стала сжимать мое тело… Я открыл глаза – она стоит передо мной! Как мне жить теперь?!

Не закончив фразы, Со Ю сделал вид, что ему стало плохо: он отвернулся к стене и снова начал что-то бормотать. Нан Ян испугалась, вышла из спальни и сказала принцессе Ён Ян:

– Министр действительно тяжело болен. И только ты можешь его спасти!

И она рассказала сестре все, что слышала в спальне мужа. Ён Ян колебалась в нерешительности. Тогда Нан Ян взяла ее за руку и повела в спальню министра. Министр бредил, то и дело поминая дочь наместника Чона. Нан Ян подошла к постели.

– Господин министр! Пришла принцесса Ён Ян! Откройте же глаза, взгляните на нее!

Со Ю поднял голову, огляделся вокруг и сделал усилие, собираясь встать; Чхэ Бон подбежала и помогла ему сесть. Глядя в упор на принцесс, Ян Со Ю проговорил:

– Небу угодно было, чтобы я женился на вас. Я выполнил волю Неба и намеревался жить с вами в мире и согласии долгие годы, до конца дней своих… Но кто-то неведомый влечет меня к себе, недолго уже оставаться мне в этом мире – вот что печалит меня.

– Вы полны сил и здоровья, – говорит принцесса Ён Ян. – К чему такие унылые речи? Допустим, госпожа Чон стала «блуждающей душой», но разве может она проникнуть во дворец, охраняемый духами? Разве может она повредить вашему драгоценному здоровью?

– Она и сейчас стоит передо мной, – отвечает министр, – значит, она смогла пройти во дворец!

Нан Ян попыталась обратить дело в шутку:

– В древние времена люди, выпив вино, в котором увидели змею, вылечивались лишь после того, как убеждались, что отражение лука, висящего на стене, и есть змея. Ваша болезнь именно такого рода, и потому лечить ее нужно таким же способом.

Министр ничего не ответил, лишь замахал руками. Видя, что болезнь действительно серьезная, Ён Ян отошла в сторону, села и проговорила:

– Вы думаете лишь о покойной госпоже Чон. А не хотите ли взглянуть на живую дочь наместника Чона? Если вы этого хотите, то она перед вами! Я и есть госпожа Чон!

Со Ю сделал вид, что не верит ей:

– Что я слышу?! У наместника Чона, насколько я знаю, была одна-единственная дочь, она давно умерла. Покойная госпожа Чон только что приснилась мне – откуда же взялась живая Чон?! Если дочь наместника не умерла, то она жива; а если она не жива, то мертва – так уж устроен человек! Но если человек умер, он не может ожить вновь! Так что я не верю вам, принцесса!