Ким Чжун – Облачный сон девяти (страница 64)
– Правильно! – согласилась императрица.
За сим последовал императорский указ: «Считать принцессу Ён Ян правой женой первого министра; считать принцессу Нан Ян левой женой первого министра; считать госпожу Чин Чхэ Бон третьей женой первого министра».
Раньше по обычаям страны свадьба принцессы происходила всегда за пределами дворца, но на этот раз императрица приказала устроить пир во дворце. Настал счастливый день. Министр Ян в одежде, вышитой изображениями цилиня, с поясом, украшенным драгоценными камнями, сочетался браком с принцессами и Чин Чхэ Бон. Величие и торжественность этого обряда не описать словами! После того как Ян и обе принцессы уселись на места новобрачных, показалась Чхэ Бон; Со Ю предложил ей место рядом с принцессами. Невесты были одна красивее другой. «Уж не во сне ли все это происходит?» – думал про себя первый министр.
В эту ночь он разделил ложе с принцессой Ён Ян…
Утром императрица поздравила министра и дала в его честь большой пир, который почтил своим присутствием Сын Неба и который длился весь день. В ту ночь министр лег на одну подушку с принцессой Нан Ян…
На третью ночь он вошел в опочивальню госпожи Чин. Увидев его, госпожа Чин заплакала. Министр был удивлен:
– Сегодня надо радоваться, а не лить слезы! Что случилось? Почему ты плачешь?
– Вы совсем забыли меня, даже не вспоминали обо мне! – рыдает девушка.
Со Ю взглянул на нее внимательно, взял за яшмовые ручки.
– Ты Чин Чхэ Бон из Хуаиня, я помнил о тебе все это время!
У Чхэ Бон перехватило в горле, она не могла вымолвить ни слова.
– Я думал, – продолжает Ян, – тебя уже нет в живых. Какое счастье, что я опять встретил тебя! Когда мы расстались в Хуачжоу, я узнал о несчастье, постигшем твой дом. Разве мог я после этого не думать о тебе постоянно?! Я рад, что мы снова встретились и отныне навечно будем принадлежать друг другу!
С этими словами Со Ю вынул из кармана стихи Чхэ Бон, а Чхэ Бон протянула Яну его стихи – похоже было, что вернулось время оды «Плакучая ива»!
Чхэ Бон говорит:
– Вы помните только то, что мы когда-то заключили договор, но не помните, что сегодня мы связаны веером!
Она открыла шкатулку, вынула веер с рисунком и показала его Яну, рассказав подробно обо всем, что касалось этого веера. Со Ю вздохнул.
– В ту пору я скрылся в горах Лань-тянь, а когда вернулся и расспросил хозяина гостиницы, то узнал, что тебя либо продали в рабство, либо убили. Точных известий я не мог получить, у меня не было никаких надежд, поэтому я и искал других невест, скитаясь меж Хуашань и Вэйшуй. Я был как гусь, потерявший подругу; душа моя уподобилась рыбе, попавшей на крючок. Но милости Неба безграничны – и вот мы опять вместе! Одна у меня досада – зачем я согласился взять тебя третьей женой! Я хотел бы, чтобы ты была первой!
Чхэ Бон отвечает ему:
– Я и сама хотела бы этого. Еще в дни наших первых встреч я посылала к вам свою кормилицу, чтобы она известила вас о моем желании. Но я все равно счастлива – ведь теперь я первая после самых знатных! Небо должно покарать меня, если я кому позавидую или пожалуюсь на судьбу!
В эту ночь прежние желания и новые чувства проявились полнее, нежели в две предыдущие ночи.
Принцессы и министр обманывают друг друга
На следующий день министр Ян сидел в комнате принцессы Ён Ян и пил вино, здесь же была и принцесса Нан Ян. Ён Ян кликнула служанку и велела пригласить к столу госпожу Чин. Услышав ее голос, Ян Со Ю вздрогнул, печаль отразилась на его лице. Ему вспомнилось, как он, переодевшись в женское платье, проник в дом наместника Чона и играл на комунго, как дочь наместника оценивала его игру… Вот и голос принцессы Ён Ян – точь-в-точь голос девушки Чон! Он пристально вгляделся в лицо принцессы: вылитая дочь наместника! Со Ю подумал: «В мире много похожих людей… Когда-то я настойчиво добивался руки госпожи Чон, а теперь я женат на принцессе Ён Ян, но что-то в ней напоминает мне дочь наместника Чона. Как вспомню, что я отказался от нее и даже не справил поминок, – тяжело становится на душе!» И слезы готовы были политься из его глаз. Но госпожа Чон, она же принцесса Ён Ян, угадала мысли министра и, оправив воротник, сказала: