Ким Чжун – Облачный сон девяти (страница 28)

«Странно слышать все это, – подумал про себя Ян Со Ю, – ведь нам так хорошо с девицей Чан, наше счастье скреплено клятвой, и наша любовь горячей с каждым днем. Как же она может повредить мне?»

– Продолжительность и прочность человеческой жизни – все предрешено еще в момент появления человека на свет, – отвечал он предсказателю Ту. – И если вы узрели в моих чертах признаки полководца и советника, богатого и знатного человека, то как может повредить мне вероломная нечистая сила?

– Жизнь и смерть – всё от Неба, я здесь ни при чем, – в сердцах тряхнув рукавами, сказал предсказатель и раскланялся. Со Ю не стал его удерживать.

– Ты, брат Ян, в сущности, счастливый человек. Жизнь явно благоволит к тебе. И что тебе бояться злого духа? – стал утешать его Сип Сам. – А всякие тут маги своими вымыслами только изводят человека!

Остаток дня они провели за вином и под конец, изрядно опьянев, расстались.

Ян Со Ю к ночи протрезвился и, воскурив благовония, тихо сидел, ожидая прихода возлюбленной. Но она все не шла.

– Красная утренняя звезда слишком ярка, поэтому красавица не пришла! – стукнув кулаком по столу, сказал он и, загасив свечу, уже собрался отойти ко сну, как вдруг услышал: плачет под окном его фея!

– У вас в волосах спрятано заклинание вероломного даоса, – молвила она сквозь слезы, – и я не могу приблизиться! Я знаю, что это не умышленно, но уже все кончено. Это сильнее меня, я вся трепещу. Берегите себя, мой господин, прощайте навеки!

Потрясенный, Ян открыл дверь – ее и след простыл. Остался только клочок бумаги со стихами на каменной ступеньке. Схватил – ее стихи. В них говорилось:

По цветным облакам ко мне милый На свиданье спешил, а потом Позабытую всеми могилу Окропил он прозрачным вином. Не сумели сберечь дружбы дивной, Наше счастье прошло, словно сон, Я на вас не ропщу, господин мой: В том повинен один только Чон!

Прочитал Ян и опечалился. В то же время он был удивлен и озадачен. Потрогал голову рукой: что-то запуталось в волосах. Извлек: так и есть – отгоняющее духов заклинание! Вне себя от ярости он стал громко браниться:

– Подлый человек вмешался в мои дела!

Он разорвал на мелкие клочочки заклинание и снова схватил стихи. Прочитал их еще раз, и ему все стало ясно. «Она досадует на господина Чона – значит, это проделка Чон Сип Сама! И мое счастье разрушено не колдовством предсказателя Ту, а Чоном! Ну не злодей ли он? Уж я ему покажу!» – негодовал Со Ю.

Он написал ответные стихи и, спрятав их в карман, вздохнул с сожалением – написать-то написал, но кому же он отдаст их? А в стихах говорилось:

Ветром управляя безучастно, В выси ты заоблачные взмыла. Беды пусть минуют дух прекрасной — Той, что спит в заброшенной могиле. Нет числа цветам в саду небесном, Месяц золотой плывет под ними. «Помнит ли меня душа прелестной?» — Думаю с печалью неизбывной.

Все объяснилось в доме наместника Чона