Елена Комарова – Забытое заклятье (страница 45)
– Вот именно, мамочки! Меня мама убьет! – вторила ей Эдвина. Подруги в ужасе взирали то на свое отражение, то друг на друга.
Первой себя в руки взяла Валентина, вспомнив, что говорил папа о деловом подходе Хельмов к решению проблем.
– Давай попробуем вспомнить, что произошло. Когда мы желали друг другу спокойной ночи, у тебя были волосы черные. Что произошло потом?
Эдвина честно начала припоминать.
– Я приняла ванну с настоями трав, потом помыла голову вендоррским шампунем, выпила теплого молока с печеньем…
– Ага! Вот оно!
– Ты думаешь, это из-за молока?
– Да нет же! Мы с тобой покрасили волосы перед побегом, помнишь? В Бержасе мы головы не мыли. Только вчера перед сном – я тоже воспользовалась тем шампунем, не устояла, он так приятно пах. В одном романе был такой эпизод: главный герой пробовал сменить внешность, а наутро его волосы стали в красно-желтую полоску. Хотя внешность он все же сменил.
Эдвина вцепилась в свои зеленые косы, помахала кончиками перед носом подруги.
– Что же теперь делать? Мы ведь не можем искать мага в таком виде! Он, чего доброго, нас еще сильнее заколдует от греха подальше. Нужно в парикмахерскую!
Возражать на это было нечего. Вскоре обе девушки, тщательно спрятав волосы под шляпками с вуалью, уже садились в экипаж.
Салон красоты «Золотой лев» располагался на углу Дарье и бульвара Мон: центр города, высоченные цены за аренду, соответствующие – за предоставляемые услуги. Название салона – золотыми буквами, причудливым шрифтом – красовалось над входом, а под надписью искусный мастер изобразил того самого льва – с курчавой гривой и мощными передними лапами, вскинутыми то ли приветственно, то ли угрожающе. Валентина искренне надеялась, что неизвестный художник имел в виду первое.
– Не слишком ли шикарное заведение? – задумчиво спросила она подругу.
– Возможно, – согласилась Эдвина. – Но я в Ранконе знаю только два салона: «Золотого льва» и «Принцессу», но та на противоположном конце города. Есть, наверняка, и другие, только я никогда там не бывала. Может, они тоже используют контрабандный товар?!
Валентина горько усмехнулась.
– Мой папа говорил, что всю контрабанду делают в Аркадии на улице Адмирала Дельмонико. И оказался прав.
Девушки вошли.
Внутри было светло и просторно. Пол застелен золотистым, без единого пятнышка, ковром, у стены удобный диванчик и несколько кресел, на низком столике – стопка модных журналов. Стены украшены акварелями, а на небольшом постаменте в углу – державная печать: причудливый знак, тисненный серебром на темном дереве, означающий, что в салоне практикуют магию и что все магические средства соответствуют требованиям.
– Чем могу помочь? – пропел женский голос за их спинами.
Дама была прекрасна той красотой, какая достигается лишь в салонах и не за одну процедуру. При виде дамы Валентина немедленно устыдилась. Собственные ноготки она стригла коротко, лицо умывала простой водой, а из всех причесок предпочитала косу или пучок, чтобы волосы не мешали при работе.
– Нам нужен парикмахер, – сказала Эдвина, которую потрясающая внешность дамы нисколько не смутила.
– Вам назначено?
– Нет, – ответила Валентина.
– В таком случае, я боюсь, что….
– Надеюсь, маэстро Поль свободен, – светски улыбнулась Эдвина. – Скажите ему, что пришла графиня Дюпри.
Дама очень внимательно посмотрела на девушку.
– Одну минутку, пожалуйста, я сообщу маэстро.
Она вернулась через пять секунд, рассыпаясь в извинениях за то, что заставила ждать, и пригласила девушек войти.
Маэстро Поль оказался моложав и не слишком высок ростом, чего нельзя было сказать о его самомнении. Одну из стен кабинета почти полностью покрывали грамоты и дипломы в резных рамках: второе место на международном конкурсе парикмахерского искусства в Таре, Вендорра, первое место – на конкурсе в Эглебе, Шлезия, Гран-При турнира «Ножницы и расческа», золотая медаль по итогам ежегодных проверок салонов красоты, личная благодарность покойной королевы Элеоноры. Рядом гордо сверкал золотом диплом с отличием магического факультета.
– Прошу вас, госпожа Дюпри, – пригласил парикмахер.