Елена Комарова – Адвокат вампира (страница 75)
Лошадь негромко фыркнула, выпустив на морозный воздух облачко белого пара.
– Не нервничай, моя красавица, – пробормотал Призрак Оперы по-французски, задумчиво поглаживая шею любимицы и не спуская глаз с дома Грея. Мелькнула шальная мысль – что если попробовать осмотреть дом изнутри? Возможно, там найдутся важные доказательства? Он пройдет к черному ходу, который, конечно, будет заперт, а в таком большом доме наверняка много людей и несколько сторожей, да и полиции в Мэйфере втрое больше по сравнению с другими местами в Лондоне (кроме, разве что, Букингемского дворца). Тем не менее, грабили здешних обитателей регулярно. А Эрик даже грабить никого не собирался.
– Стой смирно и жди меня, – шепнул он на ухо лошади и тенью среди других теней метнулся к особняку.
Незамеченный, он обошел дом. Вот и отдельная дверь для прислуги… Решетки, запоры и сторожа Призраку не преграда.
Чужой крик, полный боли и отчаяния, отвлек Эрика от выполнения преступных намерений, заставив зашевелиться волосы на затылке. Не думая, не рассуждая, повинуясь инстинкту, он бросился на этот крик.
Человек неуклюже бежал по Парк-лейн, падая и снова поднимаясь, вкладывая в каждое движение все силы, которых у него оставалось совсем немного. Невысокий и коренастый, в старомодном темном сюртуке с почти оторванным рукавом и болтающейся полой, на макушке – кровавый след. По всему выходило, что он только что выбрался из драки не на жизнь, а на смерть. Вот он снова упал, попытался опереться на дрожащие руки, замер, скорчившись на снегу, а потом одним рывком послал вперед уже едва слушающееся приказов разума тело. Еще одно движение, резкое, дерганое, как у марионетки в руках неопытного кукловода, но оно приблизило его на шаг к цели – парадным дверям особняка Дориана Грея. Потом еще на один шаг.
– Не может быть, – хрипло пробормотал Эрик, узнав раненого. – Игорь. Столько лет…
Полицейский патруль, проходивший по своему обычному маршруту, тоже заметил его. Раздался пронзительный свист, констебли бросились к раненому, но куда быстрее его настиг Эрик, схватил на руки и оттащил прочь, туда, где стоял кэб. Сорвав перчатку, он прижал к ткани сюртука ладонь, чтобы через мгновение отнять ее, окрашенную красным.
Кровь.
Тот, кто бил в спину, делал это наверняка – девять из десяти жертв умерли бы сразу, десятая – через несколько минут. Но лысый человек в разорванном сюртуке все еще цеплялся за жизнь.
– Тебе нужен врач, – сказал Эрик, решительно затаскивая раненого в экипаж. – И я как раз одного знаю…
Раненый вдруг тряхнул головой и, с трудом фокусируя зрение, подался вперед, хватая Эрика за лацканы пальто. С его губ, смешиваясь с хрипом, сорвались слова на незнакомом языке.
– Не понимаю, – сказал Эрик по-французски, затем повторил по-английски. К его удивлению, взгляд светлых, почти бесцветных глаз прояснился.
– Эт-то ты?
Призрак Оперы недоуменно дернул головой: кажется, Игорь бредил.
– Ты! – с трудом выговорил он. – Мой… хозяин… быть большой… беде. – Переведя дыхание, он приблизил лицо и взглянул в глаза Эрику: – Д-должен… спасти. Т-там… – он махнул рукой в сторону особняка Дориана Грея, и это, кажется, забрало остатки жизненной энергии. Руки безвольно скользнули по ткани пальто, тело Игоря обмякло, угрожая упасть на пол. От падения его удержал Эрик.
Полисмены уже приближались. Призрак Оперы закрыл дверь кэба, вскочил на козлы и схватил вожжи, посылая лошадь вперед.
На Вествик-гарденс-стрит.
Часть вторая. Темная сторона Лондона
Глава 1. Зима в Трансильвании
Два дня край пребывал под гнетом низких сизых туч. Снег валил непрерывно, застилая дневной свет и превращая дома в гигантские сугробы, и по утрам жители деревни раскапывали, подобно археологам, собственные дворы с хозяйственными постройками, да и все прочее, что невозможно было взять с собой в дом. В двух милях от деревни построили железнодорожную станцию, но ни один поезд из Сигишоары не сумел бы преодолеть снежные завалы, всего за одну ночь отделившие местность от цивилизации. Карпатская зима отдавала местных жителей во власть стихий, и они принимали свою судьбу безропотно.