Дмитрий Емельянов – Каста Неприкасаемых 2 (страница 80)

— Добрых путников можно и уважить.

Спрятав динар в складках широкого пояса, он кивнул своим, и те расступились, давая проход.

— Пойдемте, покажу, где вы сможете переночевать. — Старик развернулся и зашагал к большому амбару.

Мы двинулись следом, и проходя мимо нахмуренных крестьян с топорами, Салах не удержался и, оскалившись, пуганул настороженных хозяев.

— Харрр! — Рыкнул он на них, и те нервно отшатнулись назад, а Салах весело заржал. — Не боись, вояки, не обижу!

Не останавливаясь, я лишь укоризненно глянул на Салаха, мол нашел время веселиться. Тот сразу утих, и мы дошагали до амбара уже в полной тишине.

— Здесь заночуете. — Старик распахнул ворота и из нутра пахнуло свежим сеном. — Еды вам принесут, воды тоже… — Он постоял, словно хотел еще что добавить, но не стал, а развернувшись, молча пошагал в сторону домов.

— Да уж, — покачал головой Дамир, — немногословный народец! С такими расслабляться нельзя, а то и деньги возьмут и прирежут во сне.

— Да хватит тебе жути то нагонять! — Машу на него рукой. — Нормальный мужик! Все будет отлично!

Разбежавшись, радостно плюхаюсь в душистое сено и, вытянувшись, закрываю глаза.

— Благодать! Так бы лежал и нюхал!

Парни и Таис последовали моему примеру, и мы так и провалялись, пока две смешливые девчушки не принесли еды. Старик не поскупился. За наш динар мы получили даже больше, чем ожидали. Две полные корзины с бутылью молока, яйцами, сыром, свежеиспеченный хлебом и окороком. Настоящий пир, особенно для нас изголодавшихся по сытной еде.

Набросившись на еду, мы жуем, запихивая за обе щеки, но тут я вдруг слышу бабий плач, переходящий в отчаянный вопль.

Подхожу к воротам и сквозь приоткрытую створку вижу, как от леса идет группа мужчин, неся на носилках то ли раненых, то ли убитых. Стоящий рядом Дамир, словно читая мои мысли, произносит с набитым ртом:

— Судя по воплям, скорее мертвых несут, чем живых.

— Это где ж они воюют то так?! — Салах, не переставая жевать, просунул голову между нами.

Посмотрев на траурную процессию, я прикрыл ворота и подтолкнул парней обратно.

— Не наше это дело, так и любопытствовать зазря не стоит. Чего людей будоражить?!

Вернувшись на сено, мы с новой силой принялись за еду, и не успокоились, пока в корзинах не осталось ни крошки. С надутыми животами мы уже было расположились ко сну, но тут вновь заскрипели ворота, и в темной щели показалась седая голова старосты.

— У меня тут дело к вам. — Он протиснулся в приоткрытую щель и нашел взглядом меня. — Я зайду, не против?!

Глава 20

Войдя в сарай, старик остановился у входа и, глядя на меня, повторил:

— Поговорить бы надо. — Для полной ясности он покосился на лежащих парней и Таис.

Вижу, что староста намекает на то, что говорить будет только со старшим, коим выбрал меня. До сих пор мы как-то обходили вопрос старшинства, поэтому я невольно прохожусь взглядом по лицам ребят, и Дамир, сразу уловивший мои сомнения, кивает, мол иди, мы тебе доверяем.

Встаю и неспешно подхожу к незваному гостю.

— Что же это за дело такое, что до утра подождать не могло?! — Сразу показываю, что я не в восторге от его прихода.

Зыркнув из-под седых бровей, старик в ответ молча протянул мне монету.

— Возьми обратно и уходите!

Смотрю, на морщинистой ладони лежит тот самый динар, что я недавно выдал как плату за еду и ночлег.

«Странно! — Тут же промелькнуло в голове. — Даже если мы их чем и обидели по незнанию, то все равно странно. Еду назад не вернешь, мы уже спим, по поселку не шляемся. Всяко разумнее было бы потерпеть до рассвета. — Бросаю еще один взгляд на жесткие черты лица старосты. — А этот человек производит впечатление если не разумного, то бережливого уж точно. Что-то тут не так!»