Дмитрий Емельянов – Горе Побежденным (страница 66)
Появившиеся ухмылки на лицах ветеранов показали ему, что про советников он попал в точку, а значит, авторитет Навруса не так уж и незыблем.
Взгляд Иоанна, прошедший по лицам собравшихся, требовал ответа, и Понций, центурион первой когорты, выступил вперед.
— Мой господин, брать город или нет, ты сам решай, тут мы тебе не помощники, но коли решишь брать, то сразу скажу. Если уж блокировать город, то так, что бы и мышь не проскочила, а то что же — другой берег реки совсем открыт. Выше по течению река мельчает, можно вброд перейти — коленей не замочишь. Что толку, если мы закрываем подступы к городу с долины, когда со стороны гор подходи кто хочешь.
Иоанн почувствовал, что поплыл. Мало того что он понятия не имел, почему подходы к городу со стороны гор не заблокированы, так вдобавок с ходу ему в голову не приходило, что с этим делать. И он произнес первое что пришло в голову, только чтобы просто потянуть время.
— Хорошее предложение, Понций. — Вопросительный взгляд импульсивно дернулся в сторону Велия, и невозмутимое выражение лица бывшего телохранителя подсказало Иоанну отличный выход. С чувством человека, выкрутившегося из щекотливого положения, он посмотрел на не ожидавших подвоха командиров:
— Давайте послушаем, что нам скажут легаты.
Головы всех собравшихся вслед за цезарем повернулись к Марку и Велию. Первого неожиданное всеобщее внимание вогнало в ступор, и он не нашел ничего лучше, как с задумчивым видом невразумительно промычать, мол, решение принимал не он, и…
Лу́ка же внимательно осмотрел крутые склоны гор на другом берегу и начал говорить неспешно и рассудительно:
— Я человек новый и в прошлых советах не участвовал, но могу предположить, что рельеф с той стороны слишком изрезан, поэтому полная блокада растянет наши войска и затруднит эффективное командование ими.
Прозвучало довольно убедительно, и центурионы закивали, соглашаясь с доводами легата, а Понций с видом «ну вот, влез не свое дело и получил по сусалам» шагнул обратно в строй. В это момент Иоанн подумал, что сейчас было бы хорошо ему самому вставить что-нибудь умное, опрокидывающее предыдущую стратегию и поддерживающее предложение центуриона. В памяти зашелестели страницы толстенного тома о стратегии и тактики осаждающей армии Гая Флавиния Мора. Щелк! В голове открылся нужный абзац, и на губах Иоанн появилась довольная улыбка.
— Мне кажется, центурион прав.
Эти слова вновь поменяли настроение собравшихся, и все дружно уставились на цезаря, а тот провел здоровой рукой, словно очертив периметр города.
— Для полной блокады нет нужды окапывать Ур сплошной линией укреплений — достаточно занять ключевые точки, дающие контроль над тропами к перевалу, и в первую очередь — нижнее плато у стен города. Думаю, если поставить там второй укрепленный лагерь и осуществить полную блокаду, то мы сможем отрезать осажденных от всякого сообщения с внешним миром, а наши войска на другой стороне добавят страха в головы горожан.
Теперь все дружно закивали, соглашаясь с цезарем, одновременно гордо и одобрительно поглядывая на Понция, мол, знай наших, мы тоже кое-что понимаем в воинском деле, не вчера родились! И как-то так получалось, что Иоанн вдруг тоже оказался для них на той ж стороне, что и Понций: «Увидел, разглядел солдатскую мудрость! Не прост наш император, ой не прост, хоть и зелен совсем»!
Неожиданно для всех вперед вышел самый пожилой ветеран и под затихающий гомон хитро зыркнул из-под кустистых бровей.
— Уж коли сам император спрашивает наше мнение, то мне вот что вспомнилось.
Позади него тут же раздались смешки: «Ну, Тит сейчас загнет из старины глубокой… До вечера не разойдемся», но Иоанн, подняв руку, остановил перешептывания. Центурионы мгновенно затихли, а ветеран продолжил:
— Еще при Константине Великом взяли мы как-то в осаду крепость. Осадные орудия, прям как сейчас, были далеко, а город надо было брать. Вокруг пустыня — ни деревца, ничего. Из инструмента под рукой только лопата. И вот тогда приказывает нам император насыпать три вала, чтобы каждая насыпь, как широкая дорога, вела от земли прямо к зубцам стен. Мы сначала подумали — немыслимо, но глаза бояться, а руки делают… За три недели насыпали. До штурма даже не дошло — город раньше сдался. А куда им деваться, если наши легионеры, как по дороге, на стену пошли.