Антонина Чернецова – Найти Веронику (страница 4)
Иваныч ворчит, спорит, но всё же соглашается поменять нас маршрутами и отпускает меня домой до вечера.
* * *
В кабине лежит перевязанная красной ленточкой коробка с новым телефоном и большая шоколадка – не с пустыми же руками ехать в гости к девушке. Деньги на подарок занял у мамы, с первой зарплаты обещал отдать. Теперь-то мы будем с Вероникой на связи, будем болтать, посылать друг другу сообщения и смайлики. Как начну стабильно зарабатывать, куплю ей навороченный аппарат, а пока взял скромненький.
Загрузился на базе, сразу выехал в рейс, может, успею заскочить к ней в приличное для гостей время. За окном осень, мгла, а в душе цветут розы! Хихикаю над метафорой и продолжаю путь. В бардачке лежит пробник хорошей туалетной воды (промоутеры раздавали в супермаркете), как доеду, использую его по назначению.
И всё же я не успеваю добраться до темноты, на знакомую дорогу сворачиваю уже в густых осенних сумерках. Туман окутал деревья с обеих сторон от дороги, но свет фар разгоняет его. На встречу попадаются машины, ещё не позднее время. Проезжаю то место, где в прошлый раз подобрал Веронику, немного притормаживаю. Зачем? Сам не знаю. Встретить её на дороге снова не надеюсь, я направляюсь к ней домой: село Курчаево, улица Титова, дом 8. Где-то здесь в прошлый раз перестало ловить радио, но сейчас оно работает без помех. Сворачиваю после указателя, въезжаю в село, забываю, что хотел оросить себя брутальным ароматом.
Её дом был виден с дороги, пусть и вдалеке, но сейчас я не вижу света в той стороне, а вскоре дорога заканчивается, мне приходится оставить машину и идти пешком. Фонарик у меня не слишком мощный, центрального освещения улицы нет. Прохожу мимо нескольких покосившихся домов: заборы упали, палисадники заросли. Однако на нескольких из них сохранились адресные таблички. Если верить им, двигаюсь в нужном направлении, через два двора, будет нужный мне дом. Иду дальше, свечу фонариком. Один из опорных электрических столбов накренился и держится, кажется, только на натянутых проводах, готовых сдаться и отпустить тяжеленную деревяшку в любой момент. Надеюсь, провода не под напряжением.
Вместо дома номер 8 я обнаруживаю обугленные останки некогда крепкой постройки. Пожар случился не вчера – всё вокруг заросшее, трава не примята. Я обхожу вокруг, упираюсь в непролазные заросли – колючие палки одичавшей малины. Меня тянет зайти в дом, вернее, в ту часть, которая от него осталась, я ищу, как туда попасть. Меня охватывает ужас, я отказываюсь от своего порыва, бегу оттуда к машине не разбирая дороги, запинаюсь, роняю фонарик, он гаснет, я ищу его, рыская руками в пыли, нахожу, но он не включается. Поднимаюсь на ноги, прямо на меня несётся что-то быстрое, ревущее.
– Мама! – кричу я и на негнущихся ногах отхожу в сторону.
Возле меня останавливается квадроцикл, им управляет мужчина.
– Вы что тут делаете? – строго спрашивает он. – Мародёр? За металлом? – он светит на меня фарами, я прикрываю глаза рукой.
– Нет, – мямлю я. – Я приехал к своей девушке.
– А здесь что делаешь? Много вас таких охотников по заброшенным домам полазать. Ещё и машина грузовая, думаешь, так много добра натыришь?
– Не тырю я ничего! Здесь же пусто!
– Твоя машина? – кивает мужчина в сторону машины, белая кабина и очертания кузова видны в темноте.
– Моя.
– Да что ты сопли жуёшь? Толком скажи, что тебе тут надо? Я тут вроде старосты, если помощь нужна, так помогу! Я тут вроде старосты. Смотр – незнакомая машина, кто-то по старым домам лазает, поехал проверять.
– Девчонку я давеча подвозил сюда, на улицу Титова. Веронику. Понравилась мне, телефон не оставила, а в душу запала! Понимаете?
– Понимаю! – мужчина хотел сохранить серьёзность, но расплылся в улыбке и сразу как будто подобрел. – Не там ты ищешь. В этой стороне давно никто не живёт, уж лет десять точно, а то и больше. Весь посёлок теперь там, – машет рукой в противоположную сторону, там видны огни. – Может, ты чего перепутал?
– Может, – не спорю я. – Темно было, ночь. Девушка небольшого ростика, немного неряшливая, смешливая, сказала, родителей нет, только дед с бабкой.