Андрей Морсин – Палеотроп Забавы (страница 6)
– Боже, мой палеотроп! – он в ужасе обернулся.
– А, так вот как называется ваше чудо… – тут же отреагировал беглец. – Эй, берегитесь!
Раздался сухой треск, и заднее стекло рассыпалось мелкими осколками. Профессор резко вывернул руль, сворачивая на дорогу, уходящую в виноградные посадки под прямым углом. Они запрыгали по ухабам, поднимая клубы пыли.
Фургон затормозил, начал сдавать назад.
– В нас что, стреляли?! – Архимед Иванович отказывался верить в такую чудовищную несправедливость. – Они же не отстанут? – взглянул он с минутной досадой на своего пассажира.
– Не отстанут, – тот был бледен, но старался не показывать страха.
Машина преследователей вырулила за ними и прибавила ходу.
– Ладно, у нас нет другого выхода, вы водить умеете? – от поступавшего в кровь адреналина голос Забавы звучал хрипло.
– Умею.
– Садитесь за руль!
Удерживая носком педаль газа, он уступил место, спешно перебрался к чемоданам, щелкнул замками.
– Что вы хотите делать? – мальчишка оглянулся: фургон стремительно сокращал дистанцию.
– Сейчас… сейчас… – профессор торопился, подключая рифленый рукав к панели с клавиатурой.
Автомобиль тряхнуло на ухабе, чемоданы подпрыгнули.
– А штативы?
– Нет-нет, тут без них, тут другое дело, – придерживая чемодан локтем, он накинул на голову обруч, коснулся клавиш.
Отчетливая в замкнутом пространстве кабины, завелась центрифуга.
– Эх, виноградники! – вырвалось у него от досады.
– Что «виноградники»? – спросил беглец похолодевшим голосом.
– Дают помехи…
– Какие помехи?!
Преследователи были уже совсем близко.
– Да фонят по-виноградному, – Забава страшно наморщился. – А, хотя эти, в фургоне, похоже, себе не отказывают… ага… так… это кстати, очень кстати!
Звук центрифуги перешел в пронзительный писк, и тут же их сотряс новый удар. Из окна фургона вытянулся желтый рукав, снова хлопнуло.
Мальчишка пригнулся к рулю. Архимед Иванович, напротив, привстал, буравя преследователей взглядом – его лоб раскалился, лицо покрылось испариной.
– Ну что, что? Скоро уже? – паренек жал на педаль газа, коротко вскидываясь над приборной доской.
Центрифуга пела тонко, на полных оборотах. Ударило снова, вырвав в салоне клок обивки – в сантиметре от головы с проволочным венком.
– Сейчас… сейчас… – профессор не сводил с фургона глаз.
И вдруг машина преследователей, не снижая скорости, съехала с дороги и, проломив ограждение, устремилась вглубь виноградников.
Он в изнеможении распластался на чемоданах, уже не глядя, как ядовито-желтое пятно забирает глубже в посадки, делая в них извилистую просеку.