Алмаз Эрнисов – Опознание невозможно (страница 31)
– Как мы останавливаем потенциальные пожары? – спросила она, уходя от прямого ответа. Один пожар, как им всем было хорошо известно, порождал другой; однако никто не рисковал заговаривать об этом вслух. – Как мы можем просить прессу не писать об этом, пока не остановим предполагаемого поджигателя? – задала она риторический вопрос. – Это невозможно, Лу. Остается надеяться, что мы ошибаемся. Может быть, второго поджога не будет. Может быть, первая записка не имела отношения к Энрайт. Кто знает? А если второй пожар все-таки
Болтовня для поднятия духа и комплименты – они часто пользовались этим. Кажется, Дафна чувствовала, когда он наиболее в них нуждался. Так и началась их дружба. То, что через шесть лет она вылилась в ночь безудержного секса, никого, кроме них, не касалось. У него уже готово было сорваться с языка саркастическое замечание, но он удержался – она желала ему только добра, в конце концов. Но Болдта беспокоил сам факт, что она намеревалась поддержать его. Это означало, что Дафна, так же как и он, смертельно боялась второго пожара и второй жертвы.
Жалким голосом, который подтвердил его подозрения, она добавила:
– Никому не нужна новая жертва. Я вовсе не предполагаю этого.
Как-то Болдту пришлось иметь дело с начальником Дафны, судебно-медицинским психиатром с Востока, которого они привлекли для составления предполагаемого портрета поджигателя. И тот сказал Болдту:
– Чем больше они убивают, тем больше мы учимся и тем выше шансы, что мы поймаем их. – Это был один из тех неприглядных кусочков правды, с которыми Болдт не желал иметь ничего общего, тем не менее, эта мысль никуда не делась, она застряла где-то на задворках его сознания. Психиатр был человеком со странностями, но он всего лишь хотел сказать одно: следователь не может позволить, чтобы возрастающее число жертв погубило расследование из-за его чувства вины, он обязан собраться с силами и добыть как можно больше дополнительных улик. Он должен выдержать.
– Мы можем предупредить пожарный департамент, – предложил Болдт, пытаясь придумать, чем бы еще заняться, чтобы не сидеть и не ждать, пока появится второе тело. – Можно связаться с пожарными инспекторами и начальниками пожарных команд – спецподразделением по борьбе с поджогами – и попросить их обратиться к своим информаторам, чтобы те дали хоть какие-то сведения. Этот парень ведь живет и работает не в вакууме.
– У нас есть несколько звонков от экстрасенсов, они хотят продать нам информацию. Я еще никогда не обращалась к ним, но можно попробовать, – сообщила Дафна.
Болдт поморщился. В его расследованиях экстрасенсам не было места.
– Это не для меня, – напомнил он ей.
– Я бы хотела поработать с ними. По крайней мере, может появиться что-нибудь новое.
– Это твоя область, не моя.
– Не зли меня, – оборвала она его. – Возможно, у них найдется что-нибудь стоящее. Мы получаем информацию даже от
– Забирай экстрасенсов себе, – язвительно заметил он, – а мне оставь наркоманов.
Она вспыхнула, задышала тяжело. Дафна редко выходила из себя. Некоторое время они сидели молча. Она сосредоточила все свое внимание на бокале с вином, проводя пальцами вверх и вниз по длинной ножке. Потом переменила тему, спросив:
– Слышал, что передавали в новостях? Шосвиц угрожает поджигателю.
– Слышал. Они крутили интервью по каналу полицейских новостей. – Лейтенант Шосвиц жутко обращался с прессой, но остановить его было невозможно.
– Шосвиц бросил ему наживку, Лу: «сумасшедший… чокнутый». Он даже упомянул твое имя.
– Ведущих дело детективов часто называют, – напомнил он ей, ничуть не встревожившись.
– В незаконченном деле? Это неправильно. Лучше бы он этого не делал.
– Лейтенант танцует под свои собственные барабаны.
Запищал пейджер Болдта. Они с Дафной обменялись взглядами. В ее глазах притаился страх. Оба знали, что это пожар, еще до того, как Болдту позвонили по телефону.