Александр Петридис – Могильник империи: Последний легион (страница 8)
– О! – воскликнул атаман, прервав размышления Дмитрия и заставив того выглянуть из крытой повозки. – Мы почти въехали во Флод. Славная деревушка, там есть приличный трактир, где сможем заночевать. Раньше он назывался «Снежный великан», но, думаю, в связи с последними событиями название поменяли…
– Давай скорее, я тут скоро обледенею, – выдавил из себя Икосид, пытаясь не дрожать, – а то из-за этого снега вся одежда уже насквозь мокрая!
– Терпи, император! – усмехнулся Скальд. – Это далеко не самая холодная зима.
Через пару минут они въехали в деревушку. Рубленые избы казались низкими, будучи занесенными снегом по самые окна. Из труб валил густой белый дым, пеленой расстилаясь над деревней.
В безымянном трактире было достаточно людно. Помимо местных крестьян в нем обосновались имперские беженцы, дезертиры, а также теосидские солдаты. Дмитрий с Нори заняли стол в конце трактира и сняли верхнюю одежду, повесив ее на спинки стульев, чтобы она немного подсохла. Меч Немезиды Дмитрий оставил при себе – уж больно страшно было отпускать артефакт, который они нашли на краю света, в отражении драгоценного камня.
Вскоре к ним подошел целовальник:
– Утречка, люди добрые! Как дорога? Откуда будете? – спросил полноватый мужичок с внушительных размеров бородой.
– Путешествуем, приехали с Норте, – начал Скальд, пальцем указав на две кружки пива, которые целовальник держал в руках. – Хотим заглянуть в храм Трех Светил в Килосе.
– Нехорошее вы время выбрали для паломничества, друзья мои, – мрачно сказал мужичок, поставив кружки с пивом на стол. – Нынче на дорогах лучше не появляться.
– Чего так? – спросил наклонившийся поближе Дмитрий и отхлебнув пива.
– Недели полторы назад со стороны Сомнии к нам ломанулись великаны, – полушепотом сказал целовальник, садясь на свободный стул. – Причем до этого к нам ломились толпы икосийцев, и все было тихо. Да и Килос-то поближе для них будет, но нет – пошли на север…
– Полторы недели? – Дмитрий и Нори переглянулись. Примерно тогда они были семинарии, где и нашли меч. – А что они делают?
– Ясное дело что! Вытоптали несколько деревень, пожрали люду… Но к городам не подходят пока, ходят по правому берегу Мегалы.
– Принеси-ка нам похлебки, добрый человек, да комнату с двумя кроватями подготовь. Только ту, где потеплее, чтобы вещи просушить, – сказал Нори, положив на стол несколько серебряных монет.
Целовальник тут же схватил деньги, слегка наклонившись, после чего удалился в другую сторону трактира.
– Совпадение? Или они чувствуют меч? – серьезно спросил Скальд, бросив взгляд на артефакт.
– Не знаю… Все может быть. Что мешает чудищам из легенд чувствовать возвращение волшебного меча, созданного богом с целью убить отца и источник силы этих самых чудищ?
– М-да, – усмехнулся Нори, сделав пару глотков пива, – звучит как бред. Когда я в детстве говорил, что хочу жить как в сказке, имел в виду сказку о князе Вегге, что пьяным упал у подножия горы Теос и, шлемом расколов скалу, нашел в ней золотой рудник, тут же велев основать на этом месте город, а не вот это все…
Вдруг из-за соседнего стола вскочил пьяный икосиец, одетый в изодранную имперскую форму. Он поднял кружку пива над головой товарищей и на весь трактир закричал:
– Выпьем, мужики, за Амона! Подлюка эдакая, если бы тогда не предложил нам бросить Аарона, после битвы под Килосом, так и полегли бы все в Сомнии!
Дезертиры засмеялись, стукнулись кружками, после чего осушили их и начали хлопать своего товарища по спине. Мужик смущенно отнекивался, но отхлебнув еще пару глотков пива заявил, что теперь они обязаны скинуться ему деньгами, чтобы местная бабка заговорила ему болящие зубы.
Дмитрий кипел от гнева, видя, как люди, предавшие его, веселятся и хвалят того, кто предложил бросить страну и людей на растерзание сначала кагану, а потом и вовсе великанам. Он положил руку на рукоять меча Немезиды и вынул клинок из ножен на пару сантиметров, после чего его голову заполонил шепот: