Александр Козлов – Елена Глинская: Власть и любовь 1 (страница 7)

– В-четвертых, – священнослужитель обвел взглядом будущих наследников и правопреемников, – приказываю своим боярам князьям Василию и Ивану Шуйским, Дмитрию и Семену Бельским, Михаилу Воронцову… быть свидетелями сего документа.

Некоторые из упомянутых бояр поднялись со своих мест, подтверждая свою готовность исполнить волю покойного государя. Поднялся Семен Бельский, и весь его вид выражал почтительность. Князь при этом искоса поглядывал на великую княгиню. Василий Шуйский, оставшись сидеть на скамье, с улыбкой взглянул на Семена Федоровича. «Ах, пройдоха!» – промелькнуло в его голове, и на лице отразилось то, о чем он подумал.

– В-пятых, – голос митрополита зазвенел в тишине, – назначаю князя Михаила Львовича Глинского, князя Андрея Васильевича Старицкого, князя Михаила Семеновича Воронцова, князя Василия Васильевича Шуйского, князя Семена Федоровича Бельского, князя Михаила Юрьевича Захарьина и князя Михаила Васильевича Тучкова быть особо доверенными лицами в правлении державой.

Некоторые из бояр, как по команде, метнули свои взоры на старого боярина Глинского. Михаил Львович на мгновение встретился глазами с Воронцовым. Михаил Семенович приветливо улыбнулся ему и едва заметно кивнул. «Держись, я с тобой», – прочитал Михаил Львович в этом жесте и ответил тем же едва уловимым кивком. Затем он обвел взглядом тех, кто смотрел на него в этот момент. В глазах некоторых бояр он сразу заметил холодные искорки презрения и зависти и безошибочно определил в них своих будущих врагов. Свой привычный нейтралитет сохранял Захарьин: боярин не принадлежал к крупным феодальным кланам, открыто претендовавшим на власть, в отличие от Шуйских или Бельских, чем и заслужил доверие великого князя Василия III.

Елена Глинская не могла не заметить этот поединок взглядов; она с трудом подавила торжествующую улыбку и опустила глаза, чтобы скрыть свое удовлетворение.

– В-шестых, – прогремел голос чтеца, – приказываю сим боярам оберегать сына моего Иоанна до достижения им шестнадцатилетнего возраста.

Каждое слово завещания, произнесенное с особой торжественностью, падало, как камень в воду, вызывая волны размышлений среди присутствующих о будущем русской державы и маленьком наследнике престола. Казалось, даже воздух застыл в этот момент перехода власти от отца к сыну, от живого к мертвому, от прошлого к будущему.

После оглашения каждого пункта митрополит делал паузу, чтобы собравшиеся могли осмыслить услышанное. Затем он продолжал читать дальше, пока не были озвучены все ключевые положения духовной грамоты.

Наконец, митрополит Даниил, возвысив голос, перешел к самому тяжелому пункту завещания. Его взгляд остановился на князьях Юрии и Андрее, сидевших в первых рядах.

– Далее, по воле моей и для блага государства, объявляю следующее, – произнес он, и в палате воцарилась такая тишина, что стало слышно, как потрескивают свечи.

Князь Юрий Дмитровский побледнел и так плотно стиснул зубы, что на скулах заходили желваки, а князь Андрей Старицкий судорожно сжал рукоять своего клинка, как будто опасался, что тот может выскочить из его рук и вонзиться в чью-то спину. Братья переглянулись, не замечая никого вокруг, а затем снова обратили напряженные взгляды на митрополита Московского.

– В-седьмых, – Даниил сделал паузу, давая возможность братьям осознать неизбежность сказанного, – князей Юрия Дмитровского и Андрея Старицкого, братьев моих младших, лишаю права иметь наследников по мужской линии, дабы не было распрей в государстве нашем.

По Грановитой палате пробежал ропот. Некоторые бояре опустили глаза, другие, наоборот, впились взглядами в побледневших князей.

– Запрещаю братьям моим вступать в брак без моего письменного дозволения, каковое не было и не будет дано. Удельные земли князей Юрия и Андрея после их кончины переходят в казну великокняжескую, – голос душеприказчика звучал непреклонно.

Юрий еще сильнее стиснул зубы от гнева, а Андрей ошарашенным взглядом уставился перед собой, будто не понимая, что происходит.

– И наконец, всем боярам и воеводам повелеваю не содействовать братьям моим в поисках невест и заключении браков. Сей запрет есть необходимость для сохранения целостности державы нашей, дабы не дробить земли русской и не давать повода к междоусобицам, – торжественно закончил митрополит Даниил чтение завещания.