Юлия Крымова – Курс по соблазнению. Секс против дружбы (страница 72)

От столь сладких ласк мне вдруг тоже хочется поиграть.

— Ты что делаешь, Ксень? — шумно сглатывает Костя, когда я в прямом смысле беру инициативу в свои руки. Обхватываю налитый член ладонью и вспоминаю движения, которым учили на курсе Лингама. Сцепляю пальцы в импровизированное кольцо и медленно веду рукой вниз.

— Пока ты болел, я была на уроке эротического массажа. И сейчас хочу попробовать сделать тебе приятно. Очень-очень постараюсь, чтобы было хорошо.

— Кто ты и куда дела ту скромную Ксюшу, которую я знаю? — смеётся Аверин, закидывая мою ногу себе на бедро.

— Это всё твоё влияние!

— Ну, раз моё! Тогда я сейчас сделаю хорошо нам обоим. А новые умения ты обязательно покажешь мне в спальне.

— Ну, Кот, — не прекращаю двигать рукой, с каждым движением распаляясь всё сильнее. — Я хочу попробовать подарить тебе другие впечатления. Мне тоже будет хорошо.

Мне уже хорошо. Он в моих руках. Такой большой. Твёрдый. Горячий. Я чувствую его мощь и просто утопаю в собственных ощущениях. Это не секс. Это нечто большее.

— Маленькая моя, с тобой и без всяких массажей в миллион раз круче, чем с кем-либо. Просто нереально.

В подтверждении своих слов Костя начинает ласкать мою грудь так, будто это самое важное занятие в жизни. Требовательно сжимает, ловит губами сосок и жадно посасывает. Боже!

— Кот, — жалобно хнычу, чувствуя, что вот-вот сдамся.

Он явно тоже проходил какие-то уроки. И не одни. Иначе откуда он так досконально знает моё тело? Кажется, даже лучше меня. Где нажать, где оттянуть, где поцеловать и как именно провести языком.

— Ммм, — всё-таки не выдерживаю. Опускаю руку и через мгновения ощущаю головокружительную наполненность внутри.

— Даааа. Идеально, — выдыхает через слово. — Лучше просто не придумаешь.

С каждым новым толчком его голос становится всё приглушённее. Ведь Костя раскачивает нас всё сильнее. И мне ничего не остаётся, как вцепиться в крепкие плечи, понимая, что пол медленно уплывает из-под ног.

Тёплые капли барабанят по нам, окончательно раскрепощая и унося куда-то далеко, в другую реальность. А может, это делают признания Аверина.

— Люблю тебя, — шепчет еле слышно. Или это мой поплывший мозг окончательно сошёл с ума?

Глава 43

Если говорить откровенно, то «устаревшая» версия меня была не только сексуально закомплексована и зажата, но и полностью запрограммирована на правильность.

Всегда делать то, что нужно. И так, чтобы никто не осудил в ответ. И смешно, и грустно, что я прожила тридцать один год, оглядываясь на мнение окружающих: родителей, преподавателей в институте, бывшей свекрови, мужа и абсолютно малознакомых людей. Людей, которым откровенно плевать на меня.

Сколько себя помню, я не могла позволить себе даже банальное опоздание. Не важно куда. Будь то стоматолог, который стабильно принимал меня на полчаса позже назначенного времени. Или кофейные посиделки с сестрой мужа, которая тоже не отличалась пунктуальностью. Я должна была прийти в четко назначенное время. Внутри меня словно стоял невидимый таймер. Он включал чувство тревожности и та, в свою очередь, подгоняла разбиться в лепёшку, но успеть. Так было всегда. Сколько себя помню.

А вот сейчас мои внутренние часы наконец-то сломались. Не знаю, кто вывел из строя этот механизм. Но мне абсолютно всё равно, сколько мы уже стоим в пробке. Минут тридцать. Или больше.

Скорикова обрывает телефон с угрозами съесть самое вкусное мясо, которое я когда-либо пробовала. На что я совершенно спокойно отвечаю: «Ешьте. Мы застряли на МКАД». Внутри ни капли беспокойства. Ни капли сожаления, что не предусмотрели, не выехали раньше.

— Ну, вы где? Ждём ещё десять минут и садимся за стол без вас, — третий звонок за последние полчаса.

— Главное свечи без нас не задувайте, — прошу, высматривая в окно, где же там конец затора. Далеко. Очень-очень далеко. Возможно, не успеем и к торту.

Нинка что-то недовольно бурчит в ответ, но мне не слышно. Самые нетерпеливые водители начинают раздражённо жать на сигнал. Или, может, просто бьют в истерике головой по рулю, оглушая всех вокруг своим несдержанным «Фа-фа».

— Всё, Нинуль, едем, — сбрасываю вызов и с улыбкой смотрю на Костю.