Юлия Крымова – Курс по соблазнению. Секс против дружбы (страница 70)
Только «целую» в конце не хватает, шепчет ядовитая ревность, отравляя внутренности. Руки трясутся и не слушаются. В ушах эхом резонирует
Совпадений, что блондинка разговаривает с каким-то другим Костей, быть не может. Так что мне больше не нужно придумывать для него оправданий. Он прекрасно обходится без них.
Не моргая, смотрю как соседка Аверина прячет телефон в сумку и спокойно катит покупки в сторону кассы. Заглядывает в тележку, проверяя, всё ли взяла. А затем крутит головой по сторонам и резко тормозит возле стенда с презервативами.
Если там, в винном отделе, моё сердце чудом не выпрыгнуло, то сейчас падает прямо на затоптанный кафельный пол. Настя берёт пачку контрацептивов и какую-то маленькую баночку. Ещё один заказ Аверина?
Воздуха в помещение становится катастрофически мало. Или мне почему-то с трудом удаётся сделать новый вдох. Лёгкие словно обвиты колючей проволокой. Боль дикая.
Приходится дышать рвано и часто-часто. Жадно хватать каждую порцию кислорода.
Под недовольным взглядом работника супермаркета, я оставляю свою корзину прямо посреди зала и спешу на выход.
Во мне зреет адская смесь из обиды, злости, разочарования. Но я не собираюсь саморазрушаться в одиночку. Я взорвусь на пороге у Аверина. Выскажу ему всё перед тем, как окончательно разрушить нашу недо-пере-дружбу. Может, хоть задумается и на будущее перестанет воспринимать девушек как секс-игрушки. Захотелось: сегодня поиграл с одной, а через пару дней с другой.
Сажусь в первое попавшееся такси прямо у торгового центра. К счастью, водитель не лезет в душу. Чувствует, что вот-вот сдетонирую. Везёт осторожно, но быстро. Так, что запал не успевает угаснуть, а воинственный настрой лишь усиливается по мере приближения к нужной квартире.
На звонок не жму. Заношу руку и уверенно колочу по прочному металлу.
Проходит максимум минута, когда на пороге появляется «больной» собственной персоной.
— Ксюша? — на лице Кости растерянность, шок. А на моём — маска из презрения и злости.
— Не меня ждал, да? — криво усмехаюсь. Конечно, да! Кормилицу свою. Можно было и не спрашивать.
Молчит. На секунду устало прикрывает глаза. Кажется, будь его воля, он бы запер дверь обратно и не открывал, даже если бы я выносила её с петель. Правда, спортсмен быстро берёт себя в руки. Отступает в сторону, жестом приглашая войти.
— Нет! Спасибо! Я всего-навсего хотела убедиться, что ты жив-здоров, — цежу сквозь зубы, прежде чем развернуться и двинуться в сторону лифта.
Взрыва не случилось. Разве что внутри меня. Стоило его увидеть, как все мои заготовленные фразы о том, какой он мудак, прилипли к нёбу. Какой смысл что-то выговаривать ему? Унижаться ещё больше?
— Ксень, — Костя ловит мою руку, останавливая на полпути.
От этого виноватого «Ксень» сердце предательски трепыхается. Эй! Ты ведь осталось там. В супермаркете. Не смей реагировать! Не смей верить, чтобы он не сказал сейчас!
Нехотя оборачиваюсь.
Стоит босиком. Взгляд встревоженный. Смотрит на свою ладонь, что буквально обжигает заледенелую мою, как на нечто инородное. Тоже опускаю на неё глаза. Фокусируюсь, пытаясь понять, что это за мелкие красные точки. Они мне чудятся или правда есть?
— Чёрт, — отдергивает руку, отступая на шаг.
— Кот? Это что? — в недоумении смотрю на него, пока до меня наконец-то доходит. — У тебя … Ветрянка?
Коротко кивает. И опять растерянное выражение лица. Такое же, как в спортивной школе, когда застала его катающимся по полу с детворой.
— Боже! — закрываю лицо ладонями, не зная, плакать мне или смеяться.
— Надеюсь, я не успел тебя заразить, — отступает еще на шаг, пряча руки за спину.
— Ты дурак? Аверин! Скажи мне?! — сама сокращаю расстояние между нами и цепляюсь за край его футболки, не давая даже шанса отстраниться. — Я чуть с ума не сошла за неделю твоего молчания, а ты всего лишь боялся заразить меня ветрянкой?
Нет! У меня в голове не укладывается! Хочется: то ли отхлестать его по щекам, чтобы больше так не делал, то ли зацеловать. Человеку тридцать три. Он действительно болеет, но прячется от меня.