Юлия Федотова – Враг невидим (страница 120)
По прошествии времени Веттели стал относиться к случившемуся как к курьёзу. Но о том нелепом обещании всё же не забывал — капитан Стаут умный человек, дурного не посоветовал бы.
А он его советом едва не пренебрёг, так был удивлён! Но потом напряг память и вспомнил: действительно, однажды, как бы между прочим, Эмили завела речь о семейных обычаях, и он ответил ей, что похвастаться таковыми не может, поскольку настоящей семьи никогда не имел. Кто бы мог представить, что тема эта имела прямое отношение к их будущей свадьбе?
Причём сама свадьба, кажется, тоже была вопросом давно решённым. Он даже засомневался: может, ему уже и официальное предложение своей избраннице делать не обязательно, раз всё и так ясно? Но подумал и решил: нет, всё-таки без этого не обойтись. Как ни крути, а трогательное предложение руки и сердца является едва ли не самой главной из брачных традиций, столь ценимых в роду Фессенденов. И не надо, пожалуй, с этим делом затягивать: по выходным в Эльчестере бывает художественный аукцион, наверняка удастся подобрать приличествующий случаю подарок и пару подходящих помолвочных колец…
— О! Да тут уже целая компания! И беконом пахнет!
Агата появилась на пороге, как всегда бодрая и жизнерадостная. В руках она держала что-то объёмистое, некий крупный, но нетяжёлый предмет, заботливо укрытый от посторонних глаз веселеньким шёлковым платком в розовый цветочек. Следом вошёл доктор Саргасс. И судя по его решительному виду, намерение он имел одно: компанию разогнать.
— Неплохо выглядишь, мальчик! Совсем другое лицо, даже узнать нельзя… Я имею в виду, если смотреть с
— Мисс Брэннстоун, мистер Саргасс, Эмили, я так вам благодарен за всё, что вы для меня сделали! Избавили от этой дряни, спасли мне жизнь, — все трое собрались вместе, и он поспешил воспользоваться случаем, чтобы сказать, что было должно. — Я…
Договорить ему не дали.
— Между прочим, могли бы сделать это и пораньше! — бесцеремонно перебила фея. — К чему было тянуть? Можно подумать, не видели, что с ним творится! То есть, лекари-то, конечно, не видели, куда им. Они только и способны, что измерять недужному температуру и удивляться: чего это он холодеет с каждым днём? Но чтобы лучшая ведьма Королевства с первого взгляда не распознала проклятого — такого быть не может. Ни за что не поверю! Сознавайся, Агата, ты надеялась его уморить?
Мисс Брэннстоун добродушно рассмеялась в ответ.
— Ох, и ядовитое ты существо, фея, именующая себя Гвиневрой! Ну разумеется, я видела, что бедный мальчик, мягко говоря, не в порядке, вот только помочь, к моему великому сожалению ничем не могла. Законы магии выдуманы не мной, а они гласят однозначно: ведьма не должна оказывать человеку помощь прежде, чем её об этом попросят. Иначе колдовство просто не подействует, так уж устроили наш мир добрые боги.
Гвиневра скептически покрутила головой.
— Что-то я всё больше сомневаюсь в их доброте! Ладно, не могла помочь, так хоть намекнула бы, что ли! Дескать, женщина, у твоего парня не всё ладно по магической части…
— Это уже было бы расценено как помощь, крошка.
— «Между прочим», — сердито вступила в спор Эмили, удачно копируя тон и манеры Гвиневры. — сама-то ты почему молчала? Тоже ничего не видела? Вроде нас, лекарей?
— Я?! — фея картинно вытаращила глазищи, ставшие чуть ли не в пол-лица — ужасное зрелище! — Я молчала! Да я ему сколько раз говорила: ты опасный, ты чудовище, у тебя целая прорва сущностей в одном-единственном теле! А проклятый он, или от природы такой — откуда мне было знать? Я же не учёная ведьма, а бедная маленькая фея, невинная и наивная, как дитя!.. Да, а что ты там прячешь под платком? — перебила он сама себя, — Не томи, мне же интересно! Я уже вся извелась!