Юлия Федотова – Тьма. Испытание Злом (страница 123)
И случилось так, что у Иссякшего ручья, чье черное каменное русло и по сей день петляет меж трав, заметили они черноволосую деву, красивую, но бледную лицом и печальную, как туманное утро. Дикими зверьми накинулись на несчастную братья и овладели ею, все трое подряд. Но пока вершили они недостойное свое дело, жертва их даром времени не теряла – плела сеть страшного проклятия, потому что не простой была девушкой, а самой настоящей ведьмой-стригой и от роду имела триста лет и три года. Всей своей тайной мощью пало проклятие на головы нечестивцев, и полюбили они ведьму слепо и страстно, каждый захотел владеть ей безраздельно, и ни один не желал другому уступить. Три дня и три ночи сражались меж собой братья, дотоле столь преданные и верные друг другу. И все трое полегли в том бою – каждый от братской руки. Вскоре нашли подданные их истерзанные тела и увидели, что не красная кровь бежит из их жил, а черная, как деготь, и трава вокруг становится мертвой. Даже ручей, в который попала эта порченая кровь, в три дня пересох. Закопали люди тела братьев-убийц в три глубокие могилы, одна от другой поодаль, и над каждой, по обычаю предков, насыпали огромный холм.
Оставшись без предводителей своих, воины не пошли дальше на восток, решив, что не будет им удачи в том походе. Так и осели вокруг погребальных холмов, выстроили ладное жилье, семьи завели, скотину опять же… Жили год за годом, век за веком и горя не знали. Предание о трех проклятых братьях не забывали, передавали от деда к внуку, но долгие столетия спустя в него уже не верил никто… Пока не затянула небо седая хмарь, и не вылезли трое братьев из своих забытых могил, не пошли гулять по округе, лить кровь, как встарь. Тогда поверили, конечно.
…Это случилось в первые дни Тьмы. Тогда еще были знающие люди, помогли извести кровавых мертвецов. Но вскорости заместо них такое полезло – ой-ой, добрые господа! В страшном сне не привидится! Повымерла округа, а может, и вся степь повымерла, кто его знает. Только и уцелело одно их село, потому как горы рядом – торговля есть. А то лучше сказать – обмен, кому в наше время деньги нужны, чего они стоят? Товар надежнее. Нижний Вашаншар берет курятиной, свежим яйцом, сеном, коноплей и навозом, платит серебром, железом, огненным порошком и колдовским зельем на подземной воде…
– Эх! – в манере друга Йоргена удивился Кальпурций Тиилл. – Выгодная торговля – серебром за навоз!
Сам Йорген удивляться не стал, он хорошо помнил те времена, когда кошеля золотых крон не хватало, чтобы купить десяток тех же яиц, а о том, чтобы честным путем раздобыть курицу, не приходилось и мечтать. Помнил, как на третий год Тьмы жители Эрцхольма заплатили своему ланцтрегеру годовой оброк большой головкой козьего сыра и как он радовался тогда, потому что накануне четыре дня не ел. Он вгрызался в эту головку с наслаждением, даже стонал от удовольствия, а кнехты, суровые мужики-рудокопы, смотрели на него и почему-то смахивали слезы. Тогда он вообразил – сыра им жалко…
– Я вам, господа хорошие, к чему то говорю? – продолжал начатую мысль солтес Волзех, главный человек в Трех Холмах, это в его доме трое пришлых колдунов провели минувшую ночь. – Я к тому речь веду, торговля есть – стало быть, жить можно покуда. С голодухи не пухнем, хвала богам, ежели их самих Тьма не побрала… О чем бишь я? А! Кормимся неплохо, поди-ка, лучше, чем в тех местах, откудова вы пожаловали! Вон как тощи! Кожа да кости, не в обиду будь сказано! У нас хоть отъелись бы…
– Да вроде бы не голодали пока… – удивился Йорген, не догадываясь, к чему клонит хозяин. А тот его словам даже обрадовался:
– Вот-вот! Это ты верно сказал, господин хороший, –