Юлия Федотова – Очень полезная книга (страница 89)

— Идиотский прикид! — тихо, чтобы не обидеть хозяйку — старалась ведь женщина, — ворчал Иван. — Я напоминаю себе карточного валета! — Он чувствовал себя, мягко говоря, не в своей тарелке. Конечно, с привычными джинсами и майкой он расстался уже очень давно, но даже самые дорогие из одежд той стороны выглядели гораздо скромнее, будто пошиты были позже на сотню лет.

— Экстравагантно немного, — печально соглашался снурл. — Я бы предпочел пиджачную пару и манто.

Один только Кьетт был обновами вполне доволен. Во-первых, в его родном мире еще и не такое носили; во-вторых, они ему очень шли. Хозяйкины дочери — и те умилились: «Ахти, боженьки, каким господин нолькр красавчиком стали!» При виде же Ивана с Влеком они ничего такого не сказали, только прыснули в кулачок.

Но это все детали, главное, на новых одеждах не было дыр и кровавых следов, и вообще, в Безумных землях все одевались именно так, значит, не стыдно было и в замке показаться… И всего-то дела оставалось — стих сочинить!

— Ладно, попытка не пытка, — сдался Иван, но тут же перевел стрелки: — Мне кажется, у Болимса должно получиться. Помнишь, какой красивый стих приснился тебе тот раз? Держи камур… — Он протянул ему один из оставшихся кусочков.

Но снурл побледнел и попятился, даже руки спрятал за спину.

— Нет! Я не могу! Мне страшно что-то… Вдруг сочинится продолжение того стиха?

— Пожалуй, и вправду не стоит, — согласился со снурлом нолькр. — Мало ли что. Нам дурные предзнаменования ни к чему. Давай-ка я попробую! — Он смело отправил в рот порцию камура, прожевал, с видимым усилием проглотил. — Вот пакость! На вкус как мочало! Вообще-то я в жизни стихов не писал. Мне надо бумагу и перо!

— А радость? Радость ты чувствуешь? — Болимс Влек крутился вокруг него, немного встревоженно заглядывал в лицо.

Кьетт прислушался к своим чувствам:

— Пока что-то не очень. Ладно, не отвлекайте меня минут десять — пятнадцать, буду сочинять.

Самое забавное — он действительно уложился в пятнадцать минут! А потом отложил перо и объявил: «Готово! Слушайте!» — и продекламировал громко, но без всякого выражения, в одну дуду, как школьник на уроке:

БАЛЛАДА О ВРЕДЕ МУХ

Расскажу я вам преданье, Как однажды утром ранним Собирался некий рыцарь На красавице жениться. Он в обновы нарядился, На кобылу взгромоздился И поехал во дворец, Где невестин жил отец. Да замечу, не соврав, Что отцом ее был граф. Ну а рыцарь был нахал — Он так прямо и сказал: «Уважаемый папаша, Нет девицы краше вашей, Мы давно уже близки — Я прошу ее руки!» Как на грех, граф был не в духе —