Юлия Федотова – Очень полезная книга (страница 80)
— А до столицы далеко?
— А вот это я вам, сынки, не скажу! — развел руками дед.
— Почему?! — Они никогда не слышали, чтобы из местонахождения столицы государства делали тайну.
— Как же я вам скажу, ежели она, столица наша, на месте не стоит, а по всему царству нашенскому елозит и в соседние заглядывает?
— О-о-о! — протянул Иван потрясенно. — Тяжелый случай! — К тому, что придется гоняться по всему региону за путешествующей столицей, он еще как-то не был морально готов.
— Дед, а он вообще какой, Мастер? — перехватил инициативу Кьетт. — По виду, по характеру?
— Лысый! — радостно отрапортовал дед и, приподняв чугунок, горделиво погладил собственную седенькую макушку. — Как колено! Это у него от колдовства все волосья слиняли. Бровей и то нет.
— Что же он новые не отрастит? — полюбопытствовал снурл. — Зимой лето делает, города с места на место возит, а такую малость себе не наколдует?
— Кто ж его знает? Может, привык? Может, ему свежее так? — предположил дед неуверенно. — М
— Мыцук! Мыцук! — донеслось с улицы. — Что зря сидишь в избе, ступай хоть травки корове накоси, пусть свеженьким побалуется.
— И то сказать, пойду, — вздохнул хозяин. — Хорошо с вами, да работать надо! — Он со скрипом разогнул спину. — О-хо-хо, старость не радость…
Тут они вспомнили наконец про молодильные яблочки. Но старик от угощения отказался.
— Не тратьте добро понапрасну, сынки. Вам их второй раз не раздобыть, а нам с бабкой нет-нет — перепадает: Фытук, дурень здоровый, уж больно падкий на бабкины пироги. Ну приносит взамен яблочко. Мы помногу-то не потребляем, перед соседями стыдно: вот, скажут, молодятся два старых дурака. Но кусочек-другой для здоровья, бывает, сгрызем… Ну пора мне, сынки, за работу браться. А вам удачи в пути. Не то оставайтесь еще на ночь, рад буду, приглянулись вы мне.
— Пора нам, дед, — покачал головой Иван. — Только скажи еще, — задал он напоследок вопрос, еще с вечера не дававший ему покоя, — а вон тот синий, мохнатый, в углу спит — это у тебя кто?
От такого глупого вопроса дед даже слегка оторопел, подумалось, уж не насмехаются ли гости над стариком. Потом вспомнил, что пришлые они, пояснил:
— Как кто? Ясно, кот!
— А зачем же он синий такой?! И здоровущий!
Старик хмыкнул с горечью:
— Это ты у меня спрашиваешь? Это ты у господина Мастера спроси, чем ему простые коты не по нраву пришлись, чем синие лучше!.. А вон у кума моего боровок в клетушке живет, по осени народился — знаете какой? Полосатый, что твой зебр! Вы ведь ненашенские, зебра-то видали, нет? Животина эта в Хуме живет, с виду лошадь, токмо вся полосатая. А у кума — свин такой! Вот что у нас бывает! А вы на кота синего удивляетесь!
Синее животное в углу вальяжно потянулось, сделало по горнице круг почета, окинуло собравшихся взглядом, полным презрения, проурчало наставительно:
— Надо уметь ценить красоту! — и удалилось вон.
Они так и не поняли, к чему это было сказано. Но уже не удивились.
Лето длилось ровно один день, и этого оказалось достаточно, чтобы снурл свалился с тепловым ударом. Впрочем. Иван с Кьеттом от подобного состояния тоже были недалеки — жара стояла градусов под сорок, видно, безумец Зичвар (в том, что искомый маг Ха-Цыж и так называемый господин Мастер — одно и то же лицо, сомнений не было) полумер не любил: лето так уж лето! Чтобы чувствовалось!
Счастье еще, что встретилась на пути дубовая рощица с родничком! Отволокли тельце несчастного под сень вековых дерев, сложили у воды и сами в изнеможении попадали рядом.
— Чувствую себя вареной мандрагорой, — пожаловался Кьетт и выразительно посмотрел на Ивана. Ему очень хотелось пить, но очень не хотелось шевелиться, и он втайне надеялся, что Иван, как старший товарищ, догадается зачерпнуть во фляжку воды и ему подать. И тот — надо же — догадался!
— Спасибо, друг! Уважил умирающего! — поблагодарил от души и громко фыркнул: сесть-то поленился, пил лежа, вода попала в нос. — Скажи, ты ел когда-нибудь вареную мандрагору? Нет? Зря! Удивительно вкусная штука! Если не думать о том, в каких местах она растет.[2] Знаешь, говорят, император Ре-Веденар… ну помнишь, я им клялся? Вспомнил? Вот он так любит мандрагору, что в его дворцовом огороде есть целая плантация с виселицами…