Юлия Федотова – Очень полезная книга (страница 124)

— Женщин? — испугался Кьетт. — А как же у вас люди теперь того… размножаются?

— Да не женщин! — хихикнул снурл. — Змеев у нас не осталось, тридцать лет назад последнего убили в сражении под Химау.

— Тоже жалко! — осудил Кьетт. — Надо было хоть одного оставить, на развод.

— Одного мало, пара нужна! — молвил свое веское слово человек.

Но нолькр в змеях разбирался лучше.

— Не беспокойся, пару он бы сам себе обеспечил. Между прочим, нам вся эта свадебная суета только на руку. Легче будет проникнуть во дворец, так мне кажется.

Иван его оптимизма не разделял.

— Ага! Если раньше змею на зуб не попадем!

— Не должны! — с великолепной, но непонятно на чем основанной уверенностью обещал Кьетт Краввер.

— Знаете, о чем мне подумалось? — вдруг спросил снурл мечтательно. — Когда змеи похищают принцесс, монаршие родители обычно не жалеют средств, чтобы их вернуть. Что, если мы змея победим, дев спасем, а в награду потребуем сандалию? Тогда нам не придется идти на воровство! — Очень уж противно было его юридической натуре предстоящее деяние, несомненно уголовно наказуемое. Подвиг казался предпочтительнее, пусть даже с риском для жизни.

— Ну точно, сказок в детстве перечитал! — прокомментировал Иван.

А Кьетт просто поставил перед фактом:

— Я лично змея не смогу победить. Это точно. Даже если до глотки его доберусь каким-то чудом. У него слишком высокий потенциал, в меня столько силы не поместится, чтобы он помер.

Ах, как не хотелось снурлу отказываться от своей идеи, сочетающей законопослушание с истинно рыцарским благородством!

— А если не твои… гм… охотничьи способности использовать, а оружие? Вроде бы мечи специальные делали раньше, до изобретения пороха, чтобы на змеев ходить.

— Боюсь, нам они не помогут, — еле слышно пробормотал нолькр. — Нам такой меч даже не поднять. — И зачем Болимс затеял этот разговор при рыцаре-драконоборце?! Слушает и смеется теперь про себя, и воображает, как будет пересказывать их речи «сотоварищам» и как они вместе будут издеваться над слабыми и никчемными чужаками: неспособны втроем одного змея одолеть, а туда же, с героями тягаться вздумали… — И вообще. Ты представляешь, сколько времени уйдет на поиски логова змея, на дорогу туда и обратно? — Это было сказано гораздо громче, явно в расчете на чужие уши. — Проще насовсем в этом мире поселиться! И с принцессами мы не знакомы совсем, мало ли какие у них умонастроения? Вдруг они своего змея любят как родного, домой не хотят вовсе? Мы их спасем, а они нам по шее за это! Неловко получится! Зачем в чужую семью лезть?

— Не полезем в чужую семью, полезем в чужой дворец! — постановил Иван.

И это было мудрое решение.

Кьетт Краввер как в воду глядел! Ничего против брака со змеем Игизаром хейзинские принцессы не имели, поскольку был он несметно богат, а для хорошего мужа это главное. Родители тоже не возражали — надо же куда-то пристраивать шестнадцать девок, из которых только одна, младшенькая, пока еще обещает вырасти красивой, а остальные пятнадцать обещания не выполнили и числом претендентов на руку и сердце похвастаться не могли. Скажем прямо: Игизар был единственным на всех. Конечно, стоило королю Мешнору приказать, и женихов из числа его собственных подданных солдаты нагнали бы палками, хоть сотню, хоть тысячу. Мешала дурацкая, но незыблемая традиция, предписывающая отдавать принцесс непременно на сторону. Было время, когда Мешнор ночами не спал, ломая голову, гадая, как лучше поступить: вековую традицию попрать или сходить на соседей войной, взять женихов силой. И тут, как нельзя более кстати, объявился змей.

Паника длилась недолго — ровно пять минут, пока чудовище протискивало центральную голову в огромное окно тронного зала. А потом Мешнор смекнул: о лучшем зяте и мечтать не приходится! В мирное-то время всю округу в страхе держит, а случись война? Разве помешает хейзинскому войску такая огневая мощь? То-то же!

В общем, царили в их змеином логове мир да согласие, уже и внуки-змеята пошли. И тому, кто осмелился бы посягнуть на жизнь любимого зятя, король Мешнор не награду приготовил бы, а голову приказал снести с плеч.