Вел Павлов – Последний реанорец. Том IX (страница 21)
‒ Вы правы, ваше сиятельство, ‒ с жаром отозвался второй. ‒ Всё самое ценное здесь. Право первого выбора за вами.
‒ Если честно, князь, ‒ пылко встрял последний служащий, следуя за мной по пятам. ‒ Подобного порождения Катаклизма мы еще не видывали. Эта гидра настоящая загадка, но наши мастера постарались на славу.
‒ Не сомневался в этом, ‒ хмыкнул деловито я. ‒ В таком случае можем начинать.
‒ Снимайте! ‒ в унисон выкрикнула троица нескольким артефакторам, которые мгновенно взялись за работу.
С каждой пройденной секундой, с каждым вдохом, с каждым шагом к защитному куполу, ритм работы эфира всё нарастал и нарастал, как и учащалось моё сердцебиение. Стоило барьеру рассеяться, как в лицо ударил морозный воздух, а реанорское поле с бешенной скоростью окутало полностью весь склад.
Шаг. Второй… Третий… Четвертый получился заметно неуклюжим, но сейчас было плевать.
От нахлынувшего безумия и вожделения суть сына Реанора запела. Нет, точнее затрепетала от полного осознания ситуации. Эфир бесновался подобно голодному зверю и всеми силами пытался добраться до ингредиентов. Точнее до самых необходимых ингредиентов. Наслаждение от увиденного было запредельным. Адреналин самопроизвольно заиграл в крови, пришлось даже зажмуриться от объявшего меня удовольствия и возбуждения. Всё было здесь!
Здесь и сейчас! На этом самом месте! Да поцелуют меня в задницу все странники Астрала! Сегодня самый счастливый день в моей жизни!
Сила и мощь. Пульсация необъятного могущества. Даже с прикрытыми веками нужные предметы выделялись на общем фоне. Они фонтанировали магией и необузданной энергией. Да! Я чувствовал. Я ощущал их все…
Почечный феромон, который придется добыть из почек этой твари. Поджелудочная эссенция говорит сама за себя. С эктоплазмой для кислоты и уксуса придется повозиться несколько дней. Кровяной экстракт и… та самая мембрана, за которую я переживал и которая так необходима для рун. Всё было здесь, но придется делать много выжимок. Органы этой твари огромны. А мне на это уже было плевать…
А-ха-ха! Ха-ха! Эх-хе-хе!
О, Бездна! Неужели этот проклятый день настал? Столько трудов и стараний, но всё окупилось с лихвой. Всё было не зря. Рунное тело! Былая сила, если всё пойдет по плану! И дурманящая своей мощью ни с чем несравнимая Высшая Речь. Великая мать, теперь всё будет зависеть от моей ученицы. Или же всё-таки… жены?
‒ Князь, с вами всё в порядке? ‒ с лёгким недоумением проблеял один из служащих. ‒ Вам нездоровится?..
‒ Всё в порядке, ‒ отмахнулся я, пытаясь унять выплёскивающиеся эмоции. ‒ Просто… задумался. Дадите мне пару часов?
‒ Разумеется, князь, ‒ взволновано отозвалась троица. ‒ Сколько угодно. Выбирайте тщательно. Мы не нарушим приказ его высочества.
Да. Пара часов. Этого будет достаточно. Достаточно, чтобы насладиться столь сладким моментом обретения будущей силы…
Утро для жандармов третьего отдела оказалось напряженным. Весьма напряженным. А уж для его главы и подавно. Убийство. И причем какое убийство? Убийство наследника боярского рода Аксаковых. И кем? Его же собственным другом. Княжичем Акинфовым. А где бояре там жди беды. Уж это-то Евгений смог ощутить множество раз на собственной шкуре. Треклятые устои и правила.
‒ Задери Катаклизм эту золотую молодежь! Одни проблемы от этих паразитов, ‒ протяжно выдыхая прошептал одними губами мужчина, на миг прикрывая веки. ‒ Наркоманы недоделанные. Воспитание и манеры? Да в гробу они их видели…
Но так уж вышло, что самые дерьмовые обстоятельства ожидают тебя в самый неподходящий момент. Беда пришла. Причем не одна. В паре.
‒ Явились голубчики, ‒ ухмыльнулся невзрачно Евгений, отслеживая обе яростные ауры внутренним чувством, что рвались в сторону его кабинета. ‒ Хорошо, что сразу приказ отдал не останавливать их.
Дверь отворилась с оглушительным хлопком и жалобно скрипнув, повисла на одной единственной петле. Вторая была вывернута с мясом. В самом проёме уже маячили сразу два боярских князя. Один был бледнее самой смерти, в глазах у которого поселилась смертельная пустота с искрами бешенства от утраты сына, второй же оказался вне себя от клокочущей ярости, а уже за ними мельтешили тени преследующих их жандармов.