Вел Павлов – Эпоха Опустошителя. Том V (страница 12)

— Дурак! — шлёпнула меня по затылку Руна. — Ты выжил благодаря этому феномену. Конечно, нужно радоваться.

— Цена, малышка, — с горькой улыбкой прошептал я. — Мы не знаем дальнейшую цену этому «феномену». Если «это» будет пожирать мои источники, когда ей захочется, то легче от подобного не станет. Мне хватило и Пустоты. Я чуть не лишился всего, что успел заиметь. Памяти, воспоминания, тебя. Я чуть не стал пустой оболочкой с непомерной прорвой силы. Никогда не думал, что скажу это, но спасло меня неистовство. Если бы не его влияние я бы просто исчез.

— Но ведь сейчас ты жив? — с надеждой произнесла спата, коснувшись моей щеки рукой, но затем взгляд её стал растерянным, и та тщательнее присмотрелась к моему лицу. — Ранкар, твои глаза…

— Что не так? — переполошился я.

— Они изменили цвет, — загадочно шепнула Руна. — Переливаются то черным, то ярко алым цветом.

— Холера! — выдохнул угрюмо я, распластавшись на полу и начиная оглядываться по сторонам. — Час от часу не легче.

Стоп! Пожирать? Я сказал ранее пожирать? Погодите-ка…

— Где энергия, которую я поглотил с демонов? — мрачно вопросил, вертя головой словно юлой в поисках искомого. — Ты же не…

Впрочем, судя по взволнованному личику Альяны такой вывод оказался излишним, а ответ на один из возникших вопросов пришел сам по себе.

— Это какое-то безумие! — истерично рассмеялся я, устало потирая глаза и неспешно поднимаясь на ноги. — Вот какова цена, получается. Вот к чему всё пришло. Боюсь, я не спасся, а сделал только хуже. Это не спасение, малышка, — изрёк мрачно я, глядя на грустную спату и руками указывая на воронку. — Я просто-напросто создал… всепожирающее сердце Опустошителя. Убивать и отнимать жизни у других, чтобы выживать самому. Замечательное существование!

— Ты жив, Ранкар, — успокаивающе выпалила Альяна, мягко обвивая моё лицо руками. — Остальное неважно. Руна Истребления и Опустошитель, — грустно хмыкнула она. — Кто-то знатно подшутил над нами, когда свёл вместе… — но в какой-то миг глаза спаты блеснули странным светом и подойдя вплотную ко мне, та печально улыбнулась. — Вот значит как. Да. Опустошители…

— Молю тебя, Руна, хотя бы ты так часто не упоминай это прозвище.

— Нет, ты не понял, — покачала головой Альяна с неким трепетом. — Я вспомнила. Вспомнила, как Древние называли подобных тебе. Опустошители. Опустошители миров… Вы в какой-то мере коллеги с Пожирателями.

Мириада сраных бед! Приплыли…

— Суть Опустошителей смутно понимаю, — задумчиво буркнул я. — Но кто такие Пожиратели?

— Если не ошибаюсь, — нахмурилась Руна, будто силилась что-то вспомнить. — Мерзкие безобразные уродцы, которые не оставляют после себя ничего живого. Только горы трупов и костей. А ты, то есть Опустошители не оставляете вообще ничего. Ни живых, ни мёртвых.

— Просто чудесно, — кратко отметил я без какой-либо радости. — То есть имеется огромный шанс, что я стану тварью, которая неустанно будет жрать, опустошать и снова жрать. Занятный факт.

— Я сделаю всё, чтобы не допустить этого, — ободряюще проговорила спата. — Главное не умирай больше, как сегодня. Сегодня… я была жалкой и бессильной.

— Жалким и бессильным был я, — усмехнулся горько я. — Будь я малость посильнее то остался бы жив и… — следующие слова дались с трудом, — … и смог бы уберечь Фьётру.

— Зная Иманию она сделает всё, чтобы помочь твоей Дурёхе. Однако я более беспокоюсь о том, что будет с валькирией после того, как твоя тётка ей всё-таки поможет. Сдаётся мне, что отныне ты мёртв. Для всех.

В словах Альяны имелась крупицы истины, но теперь необходимо уповать на чудо и способности Натана.

— Ладно, пойду я. Иначе Рамас сейчас забьёт трухлявого до смерти, а он мне еще нужен.

Возвращение в реальный мир случился мгновенно, а стоило со стариковским кряхтением разогнуть спину, так до ушей донеслись проклятья тифлинга. Парень в безжалостной манере пытался сделать из пожилого демона отбивную, который с ног до головы был окутан лоскутами тьмы.

— Верни кольцо, урод!

— Вы действительно считаете, что сможете теперь куда-то уйти? — насмехался неугомонно старикан. — Да вы хоть знаете, кто я такой? Я…