<iframe src="https://www.googletagmanager.com/ns.html?id=GTM-59P8RVDW" height="0" width="0" style="display: none; visibility: hidden"></iframe>

Тимур Машуков – Я не люблю убивать. Часть 2 (страница 16)

18

— Банку разбей и в мусор! — приказал я. — Кто видел мой телефон?

Игорь остановился рядом со мной, задрал белую больничную рубаху, показал свои уродские ноги и тут же дал дёру. Охренеть ты малыш! Дурдом!

— Вот твой телефон, Гриш, — сказала Зоя, передав мне трубку.

Я присел, крепко задумался и вызвал такси. Пока туда-сюда съезжу, чай не помрёт мой оруженосец.

В «Вампирском клубе», как и в прочих увеселительных заведениях, днём шла полным ходом уборка. Кто-то драил полы, кто-то возился со скатертями для столов. Удивительно, но занимались наведением порядка старые вампиры. Нравилось им возиться со свечками и салфетками. А те, что оттирали плитку на танцполе, просто чумовые ребята. Прожить под тысячу лет, а то и больше, чтобы заморачиваться с полами? Ползают с тряпками, каждую пылинку собирают. Машинку им для мытья полов прикупить, что ли?

Меня встретил Деймон. Провёл в отдельную комнату. Кровати там не было, а стоял стол, стулья, шкаф. Значит, это комната не для сексуального разврата. Не хватало ещё запахи ночных оргий поймать. А нюх у меня звериный. Нанюхаюсь и заразу какую-нибудь подцеплю, вроде вампирского триппера. К тому же ауру прошедших событий могу видеть, как видеосъёмку, только в тумане, но вполне разборчивую. Если захочу, то вижу. Это магия называется «биография». Ничего особенного, если заклинаниями запрета глаза не отводить.

— Чай, кофе, цикорий? — предложил Деймон.

— Шиповник сушёный имеется? — уточнил я.

— Обижаешь, охотник, — щёлкнул пальцами вампир, и в комнату заглянула старая морда официанта.

— Да, босс… — хрипло сказала морда.

— Мне цикорий с молоком… без сахара. Охотнику шиповник один раз…

— Три сахара, — добавил я.

Старый вампир кивнул, прикрыл дверь.

Ну что… расследование ведёт Гриша Вершинский. А кому ещё мстить за оруженосца?

С конторскими делиться секретами я не намерен и помощи у них просить не комильфо. К тому же они тоже под подозрением. Развели, понимаешь ли, дворянское гнездище с центре столицы! А возможно, и по всей России пустили корни. Но, вроде, никто из охотников не жаловался на них. Все считали московский отдел самым важным, воспринимая его как союзника.

— Как вакуумный заряд попал в клуб? — задал я вопрос.

Я понимал, что прямого ответа не услышу, но с чего-то надо начать разговор.

— Мы провели своё расследование — вампирское. Нашими методами, — спокойно говорил Деймон. — Так вот, охотник… мы вычислили, что под видом одного чахлого вампира клуб посетил другой вампир. Здесь каждый второй в мороке. Сам понимаешь — возраст. Приукрашиваются, прихорашиваются…

— Короче! — нахмурился я, поскольку трёхлитровой банкой крови меня не подкупить и слушать долгие изыскания нет необходимости.

— Извини, охотник, увлёкся. Хотел объясниться в деталях… Под видом очень старого вампира, которого звать Тахон, праздничный вечер, то есть в итоге трагический вечер — посетил кто-то другой. Этот кто-то был в глубоком мороке. Очевидно, что заклинание на него наложил опытный и сильный маг. Мы не могли его распознать, да и в тот вечер не думали о проверках.

— Терроризм в мире вампиров, это что-то новенькое, — согласился я; «Вампирскому клубу» нужна не только механическая поломойка, но и рамка магиязамера на входе.

— По какой причине Тахон отсутствовал? — поинтересовался я.

— «Оковы» его держали, — приподнял точёную бровь Деймон.

Понятно. Тёмный маг вооружил шпиона зарядом вакуума, погрузил в морок, заправил энергией и помог чахлого кровососа к койке пристегнуть.

Я знал Тахона давно. Выглядел он ещё в давние времена старой развалиной. Ещё лет восемьсот назад он участвовал в легендарном сражении Востока и Запада, то есть восточных вампиров против западных — причём, на нашей стороне. Люди сражались под предводительством князя Александра, а у вампиров своя схватка. Вообще-то, в том сражении с двух сторон участвовали и охотники. До сих пор неприязнь между русскими и европейскими охотниками жила и закипала. И зародилась неприязнь задолго до «Ледового побоища». Из многих я дружен был только с Бенце Вайда. И того сожрали…

— Хочу поговорить с Тахоном, — сказал я. — И ещё…