Тата Шах – Шелест моря! (страница 21)

— А хотите, Рита, я познакомлю вас с капитаном? — неожиданный вопрос застал врасплох, и я согласилась.

С другой стороны, познакомиться с главным человеком на корабле будет не лишним, а еще лучше заиметь союзника в его лице. Тогда появится шанс вернуться из морской прогулки в целости и сохранности хоть частично.

К нам шел Альбинос собственной персоной. Вот так встреча. Рядом с этими мужчинами оказался теперь самым адекватным. Улыбнулась.

— А мы уже знакомы. Как поживаете, Альбинос?

— Промокшая незнакомка высоко взобралась, а по плечу ли тебе это, милая наивняшка?

Своим вопросом расставил все по полочкам. Без намеков пояснил, что я здесь случайно и мне не следует рассчитывать на многое. Всматривалась в его черты лица, понимая, что он является скорее родственником Михая, только у того волосы светлее, больше каштановые, а у Альбиноса почти как сливово-черные. Такие же черные волосы у Сержа.

— Вот и познакомились, — все же улыбнулась ему, решив, что такая открытость является хорошим признаком, и в будущем смогу рассчитывать на его помощь.

— Как интересно, слышь, Михай, наша девочка-то с сюрпризом. И когда успели пересечься?

Альбинос не торопился рассказывать, поэтому попыталась сама.

— Меня не встретил водитель в аэропорту, а приехала я в тот день, когда гроза разбушевалась. Так что сразу промокла, стоило выйти из автобуса. Такую меня чуть не добил он, но позже осознал, что я не виновата в его плохом настроении, и довез до гостевого дома.

— Звучит правдоподобно. И тебе, Аль, не хотелось ее затащить в постель, как всех остальных?

— Ее? Да вы не видели тот жалостливый прикид! Скорее уж хотелось обогреть и накормить.

— Тонкий ход, Риточка, — не сразу поняла, что он подтрунивает.

А заметив смешинки в голосе, расслабилась. И зря. Нечаянно посмотрела на Михая и поразилась бушующим в нем эмоциям. Я же не его! Ничего ему не обещала? Его облик преобразился и напоминал ревнивого мужа: кулаки сжаты, губы превратились в тонкую полоску, в глазах гнев и много чего еще намешано. С первого взгляда не разобрать. Поспешила исправить ситуацию, чувствуя за собой вину, будто действительно виновата перед мужем.

— Альбинос, такие комплименты не доведут тебя до добра. Ни одна уважающая себя женщина не поведется на защитника, который сначала окатил с ног до головы водой из лужи, оскорбил пару раз, а потом решил вдруг, что с меня хватит. Но я уже не сержусь. Это было давно и неправда. Так что замнем, — подала руку мира. Воспользуется или нет?

Он засмеялся.

— А наивняшка-то еще и с характером, — улыбка не исчезла, и он пытался говорить серьезно сквозь нее, — замнем. Я, собственно, сразу мечтал предложить мир после того, как ты пыталась меня усовестить. Но сама понимаешь, что в природе хищника извинения не заложены.

Ага, три хищника и одна маленькая я. Продолжала себя успокаивать тем, что они не осмелятся ничего сделать из того, что я бы не одобрила.

Михай оказался рядом, закрывая обзор собой. Его руки легли на талию, притягивая к себе. Хищник обозначил территорию. От этой мысли было и весело и грустно.

— Ладно, ребята, я загорать, кто со мной?

Вывернуться из чужих объятий, найти любую удобоваримую причину. За спиной были слышны приглушенные голоса и смех. Мужчины — одним словом! Из всего сделают тему для обсуждения и подтрунивания.

Добралась наконец до места отдыха, получая возможность расслабиться. Скинула шортики и майку, прилегла осторожно на шезлонг из тонкого дерева. Хотелось убежать в свою каюту. С трудом справилась, чтобы не сотворить эту глупость. Это только добавит хищникам азарта.

Серж и Михай тяжело приземлились на соседние шезлонги, сверкая оголенными торсами. Сглотнула непроизвольную слюну. Не хватало еще закапать тут все! Но сквозь прикрытые веки поглядывала на них, перед собой не скрывая восторг. Совершенные тела! Поджарые, загорелые, мышцы в нужных местах. Мечта женщин! Если бы не толика темных чувств, предвещавших опасность, можно бы было наслаждаться морской прогулкой, получая поистине неземное удовольствие.

Они продолжали тихо переговариваться. Не могла разобрать слова, словно они говорили на другом, совсем незнакомом языке. В какой-то момент поняла, что эта опасность заводит, придает перчинки, вытягивает из глубин моего естества что-то необузданное и дикое.